Рецензия на книгу

• 

  slonixxx30 января 2014 г.

  Рано или поздно слабость порабощает. А зависимость - уничтожает.

  Происходит это только со слабыми и подверженными влиянию людьми? Пожалуй, нет. Это может произойти с каждым...

  Это-то и показал в своей книге Достоевский, со всей ясностью и жестокостью. Это правило оказалось верным и для Генерала, и для графини, и для ГГ (Алексея Ивановича).

  Скажу честно, все герои книги показались мне безумными. Но может так мы и выглядим со стороны, страстно захваченные чем-то: любовью, игрой, работой. Не хотелось бы увядеть себя в зеркале в такой момент.

  Понравился язык, герои прям стоят перед глазами, что случается не часто.

  И да, ничто описанное в книге, не потеряло своей актуальности. В том числе и взгляды на деньги:

  
  Ну, так всякая эдакая здешняя [немецкая] семья в полнейшем рабстве и повиновении у фатера. Все работают, как волы, и все копят деньги, как жиды. Положим, фатер скопил уже столько то гульденов и рассчитывает на старшего сына, чтобы ему ремесло аль землишку передать; для этого дочери приданого не дают, и она остается в девках. Для этого же младшего сына продают в кабалу аль в солдаты и деньги приобщают к домашнему капиталу. Право, это здесь делается; я расспрашивал. Все это делается не иначе, как от честности, от усиленной честности, до того, что и младший проданный сын верует, что его не иначе, как от честности, продали, – а уж это идеал, когда сама жертва радуется, что ее на заклание ведут. Что же дальше? Дальше то, что и старшему тоже не легче: есть там у него такая Амальхен, с которою он сердцем соединился, – но жениться нельзя, потому что гульденов еще столько не накоплено. Тоже ждут благонравно и искренно и с улыбкой на заклание идут. У Амальхен уж щеки ввалились, сохнет. Наконец, лет через двадцать, благосостояние умножилось; гульдены честно и добродетельно скоплены. Фатер благословляет сорокалетнего старшего и тридцатипятилетнюю Амальхен, с иссохшей грудью и красным носом… При этом плачет, мораль читает и умирает. Старший превращается сам в добродетельного фатера, и начинается опять та же история. Лет эдак чрез пятьдесят или чрез семьдесят внук первого фатера действительно уже осуществляет значительный капитал и передает своему сыну, тот своему, тот своему, и поколений чрез пять или шесть выходит сам барон Ротшильд или Гоппе и Комп., или там черт знает кто. Ну с, как же не величественное зрелище: столетний или двухсотлетний преемственный труд, терпение, ум, честность, характер, твердость, расчет, аист на крыше! Чего же вам еще, ведь уж выше этого нет ничего, и с этой точки они сами начинают весь мир судить и виновных, то есть чуть чуть на них не похожих, тотчас же казнить. Ну с, так вот в чем дело: я уж лучше хочу дебоширить по русски или разживаться на рулетке. Не хочу я быть Гоппе и Комп. чрез пять поколений. Мне деньги нужны для меня самого, а я не считаю всего себя чем то необходимым и придаточным к капиталу.
  

  С завидной регулярностью наталкиваюсь на такую точку зрения среди знакомых. Эх, время идет, а ничто не меняется.

  Читать! Однозначно и с удовольствием

  34

  102