Рецензия на книгу

• 

  Lioka-zavrik-Miau9 марта 2023 г.

  "Боковой переулок" российской истории!

  В послесловии Георгий Владимов приводит письмо Солженицына, в котором Александр Исаевич делится своим опытом прочтения этой книги. Мой опыт схож и в то же время прямо противоположен. Если Солженицыну понравилось начало книги, а морской колорит с "солёными брызгами и такелажем" не пленил его вовсе, и писатель сильно задел Владимова своим заявлением, что не одолел книгу. "Многа букаф". Я же через силу читала первые десятки страниц, где герой бичует на берегу, пьёт, тратит деньги, морально разлагается (такая любимая русскими писателями тоскливая бренность и бесцельность с поиском лучшей участи). Но именно морская часть оказалась очень достойной. Автор сам плавал на СРТ и подробно описал быт и настроения на траулере.

  Как и любая книга Владимова, "Три минуты молчания" хорошо написана, поэтому читателю предоставлена прекрасная возможность познакомиться с далёким от него явлением (хоть я и жила в Мурманской области и бывала в Мурманске, даже на экскурсии на атомоходе "Ленин", но это было лишь внешнее прикосновение и довольно поверхностное). Как и в любой хорошей книге, антураж - это не самое главное. Здесь поднимутся и темы коммуникации (в замкнутом пространстве проявляются особенно ярко), свободы (кто, как не моряки, могли хоть ненадолго вырваться и заглянуть за "железный занавес" Советского Союза, ведь по морю границу не прочертишь!), а также обычных человеческих стремлений, желаний, умении воплотить их в реальной жизни.

  Сколько раз герои говорят: "Оно нам надо? Вот зайдём в порт - и никогда в море! В шофера, в радисты, в авиацию, в сварщики, только никакой рыбы!.." И снова уходят в плаванье. Будет интересно и поведение людей в критической ситуации. Владимов задаёт нетривиальные вопросы: почему человеку сложно мобилизоваться на спасение собственной жизни, но, даже и погибая, он находит в себе силы на спасение чужой?

  Романтика моря в книге представлена во всей красе. Это не то море, что видится в порту, серое, блеклое, чужое. Оно красочное: и зелёное, и синее, и молочно-голубое. Мир обновляется, расцветает. Как и настроение. И люди там не те. Вернее, часто те же самые, но они преображаются, раскрываются и видны как на ладони. К слову, похоже себя люди ведут и в горах. Видимо, сама атмосфера оторванности от людей, как и от живой природы сказывается. Чайки, киты, тюлени - редкие гости, скрашивающие одиночество в море. В горах - туры, козлы, птицы. С людьми-человеками связь по радио.

  Книга, кстати, написана не только в тонах "суровых будней", здесь много юмора, слог очень хороший. Автор весело обыгрывает бытовые моменты, вот, к примеру:

  
  Работы - одному минут на двадцать, хотя бы и в шторм. Но мы-то вдевятером пришли! Это значит, на час, не меньше.

  Пользуясь возможностью, немного пополемизирую с Солженицыным. Я большая поклонница писателя, он - истинный художник слова, хотя ему зачастую сейчас достаётся за псевдоисторичность произведений (читатели забывают, что читали художественную литературу, а не документальную), но именно это пресловутое письмо, упомянутое мною вначале, меня тоже задело, даже обидело. Солженицын, увы, проявил какую-то вопиющую невежественность и даже глупость, говоря, что

  
  Будущее (и прошлое, и настоящее) России - на суше. Рыболовный дальний флот - аппендикс, уродство из-за погубленных рек и озер. Морская тема не может, по-моему, сказаться ни на общественном, ни на нравственном, ни на эстетическом развитии России - или во всяком случае вырастет не сейчас, а когда мы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО будем заселять сибирское побережье. Морская тема боковой переулок, и именно потому я не в силах в него свернуть.

  На что-то указал и сам Владимов, например, спросив, а как же "ногою твердой стать при море"? Море, конечно, у нас не играло той роли, что в Империи Британской, но уж точно не было "боковым переулком". Строительство флота при Петре, многочисленные войны со Швецией и Турцией за господство в Балтийском и Чёрном морях определяли ход нашей истории, Русско-Японская война в Тихом Океане - послужила толчком к Первой Русской Революции. Даже сейчас у нас четыре флота - Северный, Балтийский, Тихоокеанский и Черноморский, и какое количество людей празднуют день Военно-Морского Флота! Не меньше, чем день ВДВ. Тема моря как связи с остальным миром выявил даже Шаламов в "Колымских рассказах", подчеркнув роль морской навигации для связи "материка" и Колымы.

  А уж говорить про "заселение Сибирского побережья"... Наверно, не зря на этом побережье до сих пор проживают, в основном, представители малых народов, просто стоит знать географию и понимать, что НИКОГДА оно не будет заселено, как та же Европейская часть России. Но незаселённое сибирское побережье - огромное по территории - вовсе не говорит, что морская тема второстепенна. Это как говорить, что в России города Восточно-Европейской равнины являются второстепенными при определении политики страны, если большая часть Сибири и Дальнего Востока не заселена, а вот когда она будет заселена и т.д. и т. д. Как-то бредово и нелогично. И к чему здесь реки, тоже неясно. Будто бы, если бы к рекам мы относились бережнее, то не стали бы использовать возможность полакомиться вкусной морской рыбой, оставляя её одним иностранцам?

  Я уж не говорю о пренебрежении к рыбакам. Так и хочется спросить, не писалось ли сие письмо под рыбочку: селёдочку под маслицем и с сольцой! И вообще, как часто сам автор не гнушался "дарами моря"? Вот эдакое пренебрежение к Северу я ощущала ещё в своём детстве. Вроде как и не говорили о нас особо, и книги писались только краеведческие своими местными писателями, и мы вроде как и не Россия: от культуры оторваны; золотые пашни, реки, крестьянские избы - этого всего на Севере нет, с этим только по книгам и знакомишься. Но и культура поморов и саамов, которую мы изучали, тоже была не нашей (саамку я только один раз и видела в качестве почётной гостьи на каком-то мероприятии).

  Вот, оказывается, как: Солженицын, как и многие деятели НЕ только искусств, определяет, что важно, а что - нет. Что не важны регионы, которые отдалённые. Деревня не важна, а город. Не море, а суша (то-то мы за это море почему-то до сих пор цепляемся - не оторвать!) Эта профессия не важна, а та - очень даже. А чем "уродующийся, как карла" рыбак хуже заводского рабочего? И почему писать о нём не стоит, он же "не Россия"? Да вся наша культура какая-то преимущественно Европейская. Может, поэтому так я люблю читать Астафьева (он о Сибири пишет).

  Морская тема может быть чужой для Солженицына, но писатель обязан видеть разницу между антуражем и поднимаемыми проблемами. Если эта книга была бы только о рыбаках, то одним рыбакам и морякам она и была бы интересна. Однако это не так.

  6

  1,6K