Рецензия на книгу

• 

  integriolib16 января 2014 г.

  Мохнатый шмель – на душистый хмель,
  Цапля серая - в камыши,
  А цыганская дочь – за любимым в ночь
  По родству бродяжьей души.

  Глубокая получилась вещь. Я не очень люблю пьесы и не всегда понимаю, к чему они написаны, но эту прочитала с большим интересом. Потому что очень колоритные характеры, неординарные, неоднозначные, очень жизненные. Вот, например, Карандышев, становится неприятен с самого начала. Отталкивающая фигура, мелочный и озлобленный. С другой стороны Паратов – благородный, красивый, воспитанный, всегда знает что и как говорить, уважаемый всеми. Он приятнее Карандышева. Но вместе с тем то, что Карандышев (этот мелкий человек при всех своих недостатках) говорит о Паратове, чистая правда:
  

  
  А барин-то, я слышал, промотался совсем, последний пароходишко продал. Кто приехал? Промотавшийся кутила, развратный человек, и весь город рад. Хороши нравы!

  
  И ведь не поспоришь, как бы плох не был сам Карандышев. Никто другой из персонажей не говорит этой очевидной правды про Паратова. Огудалова из лицемерия и уважения к его статусу, купцы, потому что и они живут по тем же правилам, наконец, Лариса не замечает всего этого из-за своей любви к нему.

  И все равно есть ощущение что все всё понимают. Паратов знает, что не сможет отказаться от обязательств, но устоять все-таки не может, эгоизм берет верх над порядочностью. Про купцов и говорить не стоит, они не то что себе, и друг другу не врут. Карандышев понимает, что вход в это общество для него закрыт и вся его злоба от этого. И Огудалова, при всем своем опыте, не может не понимать ситуации, но почему то молчит. Даже Лариса, скорее всего, всё понимает, но продолжает обманывать себя.

  Ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад (с)

  И главное, как же все это похоже на правду. Вот так мы часто и действуем в жизни, обманываем других и себя. Кто-то больше, кто-то меньше, но, так или иначе, наверно каждый.

  А пьеса Островского – настоящая классика. Сильная и актуальная, сколько бы веков не прошло со времени ее написания.

  13

  158