Рецензия на книгу

• 

  nika_8

  26 января 2023

  Однажды на острове

  Это рассказ о чувстве превосходства, лицемерии, жестокости и о том, к каким последствиям сплав этих гремучих элементов может привести.
  Особенно когда первое - неоправданно и чрезмерно раздуто, второе - самонадеянно, а третье - бескомпромиссно.
  История неоднозначная, о подробностях приходится догадываться, а финал в некотором роде остаётся открытым.

  Доктор Макфейл с женой и супруги-миссионеры Дэвидсоны сходят с парохода на одном из островов в Океании под названием Паго-Паго. Путь их лежит на другой остров, но из-за непредвиденных обстоятельств путешественники вынуждены задержаться на Паго-Паго.
  Место кажется достопочтенной чете Дэвидсонов не слишком затронутым цивилизацией и годным разве что в качестве перевалочного пункта. Другое дело, соседний остров, который они осчастливили своей миссионерской деятельностью. К тому же на Паго-Паго то и дело идёт дождь. Не мягкий дождь, приносящий умиротворение, а настоящий тропический ливень.
  Образ дождя можно трактовать по-разному. К примеру, как силу природного начала в человеке, которое не получается удержать в тесных рамках корсета условностей и придуманных правил.

  Итак, как вы уже поняли, вынужденная задержка никого не радует. Но нет, и здесь мы встретим исключение. Мисс Томпсон, несмотря на непогоду, собирается хорошо и с выгодой для себя провести время.
  Мистер Дэвидсон с его натренированным чутьём на грех не может обойти стороной данную мисс. Девушка сразу вызвала у него подозрение, и вскоре оно подтвердилось. Читатель может не сомневаться, что Дэвидсон не отступит с пути, который он считает единственно истинным, и сделает всё от него возможное, чтобы спасти заблудшую душу. Не зря он уже помог стольким туземцам отойти от греховности, часто выражающейся в неподобающей, с точки зрения цивилизованных миссионеров, одежде. О добропорядочности и о том, как следует себя вести, чета Дэвидсонов может разглагольствовать часами. Всё это вызывает лёгкое раздражение у доктора Макфейла, которому ничего не остаётся, как играть роль наблюдателя. Он фиксирует противостояние между Томпсон и Дэвидсоном.
  Развитие отношений мисс Томпсон и миссионера наводит на мысль, что скатиться в греховность бывает намного проще, чем начать вести другой, более достойный образ жизни.

  Рассказ Моэма отлично демонстрирует распространённый и, видимо, довольно универсальный, феномен. Люди, которые больше и громче других рассуждают о приличиях и традиционной морали, склонны первыми нарушать то, что они проповедуют. Их поступки вступают в явное противоречие с тем, что у них на устах. Так и случилось с мистером Дэвидсоном. Однако для него это корневое расхождение между делами и словами не прошло даром. Более того, концовка заставляет предположить, что, в отличие от прожженных лицемеров, он мучился от угрызений совести.
  Было ли происшествие на острове Паго-Паго первым случаем, когда Дэвидсон, так сказать, оступился? Ответа нет, но по тому, как его супруга отреагировала на принесённую ей в финале весть, можно предположить, что это не первая промашка уважаемого миссионера.
  Не исключено, что осознание греховности собственной натуры подталкивало Дэвидсона к непреклонности в понятиях нравственности, точнее того, как он её понимал. Убеждая других, он пытался убедить самого себя, что у него, несмотря ни на что, всё в порядке с моральным обликом.

  История наводит фокус на колониальное мышление и присущие ему стереотипы.
  Местные жители в глазах Дэвидсонов и многих других «белых» людей, по определению, подлежат воспитанию и переделке. Только послушно выполняя приказного порядка рекомендации миссионеров они могут приблизиться к тому, что принято считать цивилизацией. В защиту того, что защищать нет никакого желания, можно, пожалуй, сказать следующее. Насколько такой подход одних людей к другим людям антигуманен и не целесообразен, лучше видно со стороны. Находясь внутри мира условных Дэвидсонов сложно увидеть, как твои взгляды отражаются в незамутнённом зеркале. Иногда дистанция помогает лучше видеть.

  Я обратила внимание на один момент в рассказе.

  
  Торговец приложил палец к губам и поманил его за собой. Обычно он носил парусиновый костюм, но на этот раз был бос и одет только в лава-лава, как туземец. От этого он неожиданно стал похож на дикаря, и доктор, выбираясь из постели, заметил, что все его тело покрыто татуировкой.

  Совсем не уверена, что Моэм вкладывал в это замечание какой-то скрытый смысл, но читатели из XXI века могут увидеть в этом тонкий намёк на то, насколько условно разделение на «дикарей» и не «дикарей». Один штрих и уже не знаешь, кто есть кто.

  145 понравилось

  3,5K