Рецензия на книгу

• 

  litera_s17 января 2023 г.

  Последыши, обрывки и ошметки

  В своем последнем, предсмертном романе, Вулф не отходит от уже установленной (в том числе и ей самой) традиции "потока сознания" и строчит текст в своей модернистской манере. Автор транслирует события, которые формируется в голове серыми клеточками, нейронными связями и нервными импульсами.

  
  Из грязи рождалось что-то. Слова всходили над не в подъем груженным немым волом, месящим грязь. Слова без смысла – дивные слова.

  Вот так рождается литература. Как назойливые мухи кружатся в голове слова. Сплетаются сначала в фразы, а потом и в тексты. Идёшь по улице, а в голове – такая муть от этой своры диких, неприрученных слов. И с каждым шагом их всё больше, больше.

  
  Она ловила рифму; рифма убегала; ах, всё равно
  Где столько дичи мне переварить.
  

  Нам покажут один день из жизни английского пригорода. Стержневое событие – постановка пьесы и сбор гостей со всей округи. Этот небольшой роман представляется мне шкатулкой с потайным дном: у нас есть жизнь в английском пригороде, а есть представление на сцене.

  
  О-о, написать бы пьесу без публики, настоящую пьесу! Но зрители – вот они, тут сидят. И с каждой минутой расслабляют поводок.
  Так, значит, этот голос – мы? Последыши, обрывки, ошметки? Голос замер.
  Граммофон проблеял: Единство – Разъединенье. Проблеял: Ед… Раз… – и смолк.

  И самое удивительное в этой обычной схеме (зрители/актеры) - то, как пьеса ворвётся в настоящую жизнь, как она вскроет их потаённые страхи. Великолепен этот пиковый момент представления, он один стоит всех усилий, затраченных на продирание сквозь мысли и поступки персонажей обоих пластов повествования.

  22

  585