Рецензия на книгу
Theatre
W. S. Maugham
vollig_allein18 декабря 2013 г."Театр" Моэма я перечитывала несколько раз и постоянно в оригинале, при этом находила и открывала для себя всё новые вещи. Для меня это признак настоящего мастерства автора и то, что называется masterpiece.
Книга представляет собой иллюстрацию одного из самых известных высказываний Шекспира: весь мир и впрямь театр, а мы каждый день играем роли, подчас сами того не замечая. Взять хотя бы Джулию Ламберт: блестящая актриса, пылкая возлюбленная, не столь замечательная жена и мать - и всё это маски, за которыми мы не видим её настоящую. Потому что настоящей лично для меня она становится в самом конце, и эта аппетитная сцена в ресторане, когда она наконец-то без грима и может себе позволить съесть что-то, что хочется, но нельзя, - кульминация и одновременно довольно открытый финал. Потому что победу нужно праздновать в одиночку, в этом особое наслаждение.
Конечно же, нельзя обойти стороной её отношения с тремя присутствующими мужскими персонажами. Забавно наблюдать за их парой с Майклом: когда-то влюбившись в красавца актёра, Джулия со временем добивается его руки и сердца (никогда, к слову сказать, не понимала такого поведения со стороны женщин) и, что естественно, охладевает к нему со временем. В итоге у них типичный брак, в котором оба супруга скорее партнёры по бизнесу и просто хорошие приятели, время страстей ушло, но им вполне хорошо и комфортно вместе.
Именно поэтому на сцене появляется Том - юный возлюбленный миссис Ламберт. Не думаю, что это была какая-то страсть с её стороны или корысть с его, просто Джулии хотелось внимания, коль уж она привыкла блистать. Внимания, о котором она стала забывать. Странно, но эта связь не вызывает отторжения, потому что в ней виден целый спектр чувств - от желания быть любимой и единственной до ревности и желания мести.
Ну и, безусловно, старый добрый Чарльз. Этакий друг и несостоявшийся любовник, который мог осыпать её деньгами и жили бы они долго и счастливо на вилле в Сорренто, о которой не раз думает Джулия. Пожалуй, прелесть таких отношений именно в их неосуществимости, ведь думать и предполагать можно о чём угодно, да и иметь запасной вариант, казалось бы, неплохо. К тому же Чарльз, как мне показалось, был единственным мужчиной, который понимал Джулию касательно тонких материй. Он и сам был этаким объектом искусства, на который можно смотреть, но никак не спать с ним (слова миссис Ламберт, которая остра на язык!)
Нельзя не отметить и сына Джулии и Майкла, в первый раз моё внимание было сконцентрировано именно на нём. Мне его по-настоящему жаль, знаю, что многие читатели обвиняют его в скупости чувств и жёсткости (даже жестокости) к родителям и матери в особенности, но ведь и он по-своему прав. Он рос в лучах прожекторов и славы, но при этом не получал фактически ничего, а свет софитов никогда не заменит теплоты материнской любви. Возможно, именно поэтому он так не любит всю ту фальшь, которую несёт игра. Как итог: нужно играть, а не заигрываться.
1014