Рецензия на книгу

• 

  cadgoddo26 октября 2013 г.

  Пишу по горячим следам, а в понедельник и забыть могу, день такой. В смысле, не роман забыть, а пост написать.

  Британский писатель Ивлин Во родился в Лондоне 28 октября 1903 года. Семья у него была литературная, но все-таки, окончив Лэнсинг-колледж в 1921 и почти окончив оксфордский Хертфорд-колледж в 1924, Ивлин сначала поработал в юриспруденции, в школе и в журналистике, а только потом принялся писать прозу. Пробы пера были и ранее, но только роман "Упадок и разрушение" (1928) выдвинул его поближе к первым рядам. В дальнейшем Ивлин Во утвердился как блестящий сатирик абсурдного и хаотического мира 1920-30-х годов. Его первые романы являются эталоном "черного" юмора вообще, а в отношении высших классов Британии - особенно. Слово "черный" стоит в кавычках потому, что "черный" юмор Во имеет мало общего с тем черным юмором, к которому мы привыкли в стишках про Вовочку, в фильмах Гая Ричи и т.п. У Во юмор слегка темноватый, скажем так, и лишь в отдельных случаях, исключительно по необходимости, Во побуждает нас смеяться над безысходностью. Сатира носит живой, а временами и брутальный, характер, не без некоторого анархизма. До поворота на дорогу любви в "Возвращении в Брайдсхед" (1945) Ивлин был очень популярен среди литературных кругов, а впоследствии стал уже всенародно любимым автором англосаксов, а еще и материально обеспеченным человеком. Сатиру он не оставил, конечно, но, к примеру, "Офицеры и джентльмены" (1955) - это уже что-то более академичное, консервативное, суховатое. Анархический пыл улегся как пыль, но и возраст уже был почтенный, так что претензий не имею))).

  Авторский голос Ивлина Во характеризуется прежде всего беспристрастностью. Редкий дар... Персонажи Во являются участниками безнадежной и порой жестокой борьбы за стабильность посреди безумия и абсурда. Как правило, всё заканчивается совсем не героическим отступлением с поля боя, уступкой своим идеалам, а то и полным разрушением первоначальной красивой мечты. Упрощенно все персонажи делятся на жертв и их мучителей. Во постоянно сохраняет присущую ему комедийную дистанцию между собой и героями. Посмотрите - разве не смешно? Да, смешно, только еще и грустно одновременно, черт возьми. В данном посте я описываю роман "Пригорошня праха", который послужил предтечей "Возвращения..." в контексте многих затронутых тем. В этом романе Во немного отошел от фарса и бурлеска в своих первых романах, стал немного серьезнее.

  Тони Ласт, главный герой "Пригорошни праха", этакий феодал XX века, во многом отличается от Поля Пеннифезера из "Упадка и разрушения", Адама Саймза из "Мерзкой плоти". Они - наблюдатели, и не более. Бэзил Сил в "Черной беде" мало-помалу пытается влиять на окружающую действительность, но он - жулик, и удостаивается нашей симпатии только за комическое пренебрежение к неприятностям, что доставляет. Говоря иначе, Бэзил-то что-то делает, да лучше б не делал. Тони Ласт - симпатичный персонаж, к тому же патетическая жертва современной "Бесплодной земли" (на это знаменитое произведение Томаса Стернза Элиота указывает эпиграф). В душе Тони происходит такая же неразбериха, как и вокруг, он реагирует не только внутренне (даже на это почти не способны предыдущие герои Во), но и внешне. Тони пускается в поиски утраченных ценностей - как его последователи, Чарльз Райдер в "Возвращении..." и Гай Краучбек в "Офицерах и джентльменах".

  Главная тема произведения - декаданс традиции - символизируется, как и во многих романах Во, упадком поместий аристократов. Напрасные усилия Тони сохранить свое родовое, викторианское, готическое владение, аббатство Хеттон, являются движущей силой сюжета романа (а вовсе не любовные неудачи и перипетии, о которых чуть ниже). Тони - образец викторианского сельского джентльмена во времена уже далеко не викторианские. Его жена Бренда представляет социальную жизнь Лондона. В конечном счете Бренда наставляет рога Тони с паразитом Джон Бивером, но исключительно от скуки, как бы не казалось что-то другое. Мать Джона Бивера, "пробивная" и осведомленная про все на свете, декоратор интерьеров, видит в этой связи возможность модернизировать Хеттон (цитата -

  
  "Предположим, мы обшиваем стены хромированными панелями, а на пол кладем ковер из натуральной овчины…"

  ). Смех и грех, но, черт возьми, такая вот борьба за клиентуру. А что!?

  Во совмещает патетические сцены с абсурдным контекстом, так подчеркивается излишний пафос Тони. Печальная смерть сына Тони - Джона Эндрю - происходит по причине шарахания коня Джона Эндрю от современного "коня", мотоцикла. Какая ирония! После смерти сына Тони полностью изолируется эмоционально. Как реагирует Бренда? Она сперва подумала про своего любовника, Джона Бивера. Опять ирония...

  Развод Тони с Брендой освобождает его от груза ценностей, которые он традиционно поддерживал. Несмотря на фактическую неверность Бренды, он все же решает сообщить о факте своей неверности ранее. Это был нелепый и неудобный уикенд в Брайтоне с проституткой и ее дочерью. Абсурдность этой чуть ли не принудительной и не закончившейся (в этом слове есть второй смысл, связанный с бытовым употреблением слова "кончать") неверности в дальнейшем еще более изолирует Тони. Но в одном деле эта изолированность все же помогает ему. Следует один важный диалог Тони и Бренды после развода.

  
  — Бренда, это Тони… Я сейчас ужинал с Реджи.
  — Да, он что то такое говорил.
  — Он мне сказал, что ты собираешься требовать алименты в судебном порядке. Это правда?
  — Тони, не надо меня стращать. Всем занимаются юристы. Не имеет смысла обращаться ко мне.
  — Ты знала, что они потребуют две тысячи?
  — Да, они говорили. Я понимаю, это очень много, но…
  — И ты прекрасно знаешь, как у меня обстоит с деньгами, так ведь? Знаешь, что для этого мне придется продать Хеттон, так ведь?.. Алло, ты меня слушаешь?
  — Слушаю.
  — И ты знаешь, что это значит?
  — Тони, не заставляй меня чувствовать себя скотиной. Все и так нелегко.
  — Значит, ты знаешь, чего именно ты требуешь?
  — Да… наверное.
  — Отлично, это все, что я хотел узнать.
  — Тони, ты так странно говоришь… Не вешай трубку.
  Тони положил трубку и вернулся в курительную. Многое, что до сих пор удивляло его, вдруг стало понятным. Готический мир трещал по швам… не сверкали доспехи на лесных полянах, не порхали вышитые туфельки по зеленым газонам, кинулись врассыпную золотые и пятнистые единороги.

  
  Далее Тони говорит Реджи:
  

  
  — Я не дам Бренде развода. Показания брайтонских свидетелей гроша ломаного не стоят. По случайному стечению обстоятельств в номере все время находился ребенок. Девочка спала обе ночи в комнате, которую должен был занимать я. Если вы обратитесь в суд, я буду защищаться, и победа останется за мной, но только мне кажется, когда вы ознакомитесь со свидетельскими показаниями, у вас отпадет охота подавать в суд. Я уеду месяцев на шесть или около того. По возвращении — если Бренде это еще будет нужно — я разведусь с ней, но ни о каких алиментах не может быть и речи. Ясно?
  

  Вот тут я мысленно аплодировал Тони, понимая в то же время, что такая жесткость появилась лишь в результате немыслимых испытаний и лишений, которых никому не пожелаешь... А у кого-то это в порядке вещей, от природы, так сказать... Следует сказать, что у обоих "паразитов" - Бренды и Джона Бивера - за душой особо ничего не было...

  Тони уехал в Бразилию искать в джунглях свои прекрасный викторианский готический город. Абсурд нашел его и там, и какой! Честно говоря, я недолюбливаю творчество Чарльза Диккенса... На этой загадочной фразе я заканчиваю, и так спойлеров выдал слишком много. Читайте! Скажу лишь, что Во великолепен в переплетении сцен из жизни Тони и Бренды, когда Тони был в Бразилии, а Бренда в то же самое время искала утраченное в городских джунглях Лондона. Этот пассаж по степени эмоционального воздействия я могу сравнить с описанием "аркадийских дней" Чарльза Райдера и Себастьяна в "Возвращении".

  P.S. Для знающих биографию писателя не трудно уловить мотивы из нее в романе.

  9

  131