Рецензия на книгу
Слепой убийца
Маргарет Этвуд
Robusta27 сентября 2013 г.Прежде чем подступиться к своим впечатлениям о книге, скажу пару слов о ее форме.
Внешний слой – настоящее и находящийся в нем человек, перебирающий воспоминания, как свои, так и чужие.
Следующий слой – прошлое, расходящееся на две тропинки-повествования, идущие параллельно друг другу.
Внутри – история, сочиняемая одним из персонажей.
Слои переплетаются, отбрасывают тень друг на друга, неожиданно напоминают о себе на "не своих" уровнях.Теперь о содержании.
Пересказывать его, даже вкратце, мне не хочется, потому что книга построена таким образом, что ее надо бы читать в той последовательности, в какой задумывал автор – постепенно приоткрывая то одну деталь, то другую. Поэтому просто напишу бессистемно о нескольких вещах, о которых думала в процессе чтения (и которые при этом не слишком личные, чтобы писать о них в отзыве).Несмотря на то, что события, описываемые в книге, весьма драматичны, язык я бы назвала скорее сдержанным, отстраненным. Это объяснимо логикой книги и создает настроение усталости и некоторого оцепенения.
Где-то на второй половине книги я вдруг поймала себя на мысли, что мне не очень симпатична главная героиня, она же рассказчица. При этом ее поведение, ее мысли мне были полностью понятны, и, вполне вероятно, на ее месте я вела бы себя так же. И тоже была бы себе не особо симпатична.
Интересны взаимоотношения персонажей с окружающей действительностью – то, насколько личные миры могут не пересекаться с миром окружающим. Это ощущение несвязанности одного с другим усиливается вставками в текст газетных статей. Появляется сильный контраст между взглядом на происходящее снаружи и очень личным взглядом изнутри. Героям книги в большей или меньшей степени удалось прийти к какому-то согласию с тем, что их окружает, но большую часть времени эти две жизни (их личная и жизнь мира) не соприкасаются.
Об этом я начала думать после вот этой фразы из книги:
Наверное, я должна была видеть черные формы фашистов Муссолини, марширующих по городу и всех избивающих – они уже появились? – но я не видела. Такие вещи обычно невидимы, если жертва не ты. О них узнаешь только из кинохроник или из фильмов, поставленных много позже.
Обратное тоже верно. Невидимыми остаются переживания, трагедии, терзания и волнения, происходящие внутри человека, только если не окажешься в непосредственной от них близости. А потом узнаешь обо всем из "хроник", одной из которых и является эта книга.745