Рецензия на книгу

• 

  wondersnow21 июля 2022 г.

  Когда ничего нет, ничего, ничего.

  «Истинно праведный должен быть в глазах мира сего безумцем».
  

  __Так считал Серж Муре, с ранних лет решивший, что он хочет посвятить всю свою жизнь служению богу. Выйдя из семинарии, он остановил свой выбор на бедной деревушке Арто, чья местность была выжжена беспощадным солнцем; молодому человеку казалось, что, оказавшись в этой пустыне, он сможет осуществить свою мечту и стать отшельником, окончательно убив в себе всё человеческое. До сего момента он с лёгкостью избегал трудностей, занимаясь самоистязанием и самоотречением, но смутная тревога нет-нет да охватывала его от одного лишь вида вспахиваемой земли, потому он и презирал природу, считая, что она несёт с собой один лишь разврат (при этом он даже не задумывался о том, что благодаря этой грязи он ест хлеб и пьёт вино, ну да ладно, о какой логике тут может идти речь). Возможно, со временем он бы окончательно озлобился, как его сотоварищ монах, если бы себя не проявила наследственная болезнь Ругон-Маккаров, которой были охвачены её самые ранимые представители; и вот, благодаря этой лихорадке и содействию дяди он и очутился в самом настоящем раю – в саду поместья Параду.

  О, какой это был сад! Оставшийся без присмотра, он являл собой сказочное место, где природа, со временем разрушив все человеческие постройки, взяла своё. Цветники – печальные незабудки, царственные розы, трагические анемоны, фруктовые сады – почтенные сливы, развесистые вишни, яркие апельсины, чащи – кипарисы с кружевной зеленью, тисы с серебряным одеянием, берёзы со стройными станами... И посреди всего этого райского великолепия пребывала она, лесная дикарка и фея, солнечная и несказанная Альбина. Она стала для юноши госпожой и владычицей, она научила его ходить и видеть, благодаря чему он узнал, какой же прекрасной и удивительной может быть жизнь. «Тропинка дрожала под их шагами, солнце расстилало им под ноги золотой ковёр, цветы клонились им навстречу в немом обожании», – какими очаровательными были эти их прогулки! Бродя по лугам, бегая под деревьями и сидя возле кустов, они, беседуя и узнавая друг друга, влюбились, и их любовь была искренней и чистой, то было настоящее счастье. Но внезапно пробил колокол. Он должен был рано или поздно пробить. Серж очнулся. Сказка подошла к концу.

  Тема, конечно, сложная. То, что случилось, для столь верующего человека было самым страшным грехом, более того, ему надо было сделать свой выбор. Как жить дальше? Остаться в церкви, искупая свой грех всю оставшуюся жизнь, или вернуться в сад, где его ждала возлюбленная? Метания Сержа были очень реалистичны, чувствовалось, как же ему тяжело, к тому же его мучили галлюцинации. Впрочем, то, к чему в итоге всё пришло, нельзя оправдать вообще ничем. «Нет ничего на свете лучше, нежели любить и защищать того, кого любишь», – со слезами на глазах наставлял аббат супружескую пару, а сам при этом просто взял и отрёкся от человека, который ему доверился. Люди, разглагольствующие о вере и при этом совершающие такие преступления – а это преступление, что ни говори, – просто омерзительны. Два старика-атеиста рыдали над кроватью погибшей и чувствовали себя виноватыми, а этот безумец с абсолютно равнодушным видом хоронил несчастную и их ребёнка – вот просто вдуматься в это, насколько же это дико. Как повторял Жанберн, «Когда ничего нет, ничего, ничего». Вот он где, ад: когда тебя окружают такие люди, прикрывающие свою низость великими материями.

  __Не передать словами, как меня разъярила эта книга, я кое-как смогла одолеть последние страницы; пожалуй, на данный момент это самый нелюбимый том цикла. Понятно, что Эмиль Золя хотел показать, что оба подхода к жизни – отречение от всего земного во имя веры (аббат и монах) и отречение от веры во имя всего земного (дева и деревенька) – неправильны, нужно уметь и верить, и радоваться жизни, не забывая при этом об окружающих, на жизни которых так или иначе влияешь. Само собой, жизнь – это не только чудесный зелёный уголок, это ещё и прозябающая деревня и грязный скотный двор, так что как всё это совмещать – непонятно. Но как-то надо, и уж явно не так, как сделал это главный герой, погубивший славную девушку. Прав был Паскаль, его племянник – типичный Ругон-Маккар, думающий только о себе и своих прихотях; он недалеко ушёл от своего братца Октава, хотя казалось бы, абсолютно разные уровни – сверкающий Париж и загнивающая Арто. На то и семья, видимо: разрушать человеческие жизни ради себя – это у них в крови, и без разницы что на них – элегантный костюм или строгая ряса, результат один.

  «Эти дети – настоящие Ругоны и настоящие Маккары. Последние отпрыски семьи, полное, окончательное вырождение».

  41 понравилось

  692