Рецензия на книгу

• 

  Serliks

  4 июня 2022

  То, что можно вообразить, никогда не умрёт.

  Не знаю, почему этот роман Клайва Баркера все так ругают. Я буквально утонула в Сотканном мире с его ясновидцами, чокнутыми, инкантатрикс Иммаколатой и ее сестрами Магдаленой и Каргой, Коммивояжером и всеми безумием и чудесами, что творились на страницах этой книги. «Сотканный мир», как мне кажется, выделяется из привычных работ автора, хотя я читала у Баркера не так уж и много, чтобы судить, только «Книги крови», «Восставшего из ада» и «Таиство». И история Фуги понравилась мне куда более, чем последние две. А если сравнивать «Сотканный мир» и «Книги крови», то первый воспринимается, как нечто более цельное и масштабное (ведь «Книги крови», это, по сути, сборники рассказов), да и кровавого трэша здесь меньше.

  «Сотканный мир» привлекает именно своей неторопливостью и размеренностью, хотя иногда кажется, что от этакого медленного погружения можно просто устать, а книга может наскучить. Начало вполне себе бодренькое – Кэлхоун Муни, он же просто Кэл в погоне за улетевшим из голубятни его отца голубем, случайно видит чудо. Это чудо скрывается в старом ковре, который он увидит на заброшенном дворе одной старой женщины. Именно в этот момент жизнь Кэла меняется, переворачивается с ног на голову, его жизнь страхового агента заканчивается и начинается жизнь чокнутого, который ищет свой рай, свою Фугу.
  Та же судьба сталкивает Кэла со Сюзанной, внучкой старой женщины – Мими Лащенски, которая до этого момента хранила ковер, который в свою очередь хранил Фугу – страну ясновидцев, обладающих магией и скрывающихся от обычных смертных, которых они называют чокнутыми.

  Помимо Кэла и Сюзанны волшебный ковер разыскивают и инкантатрикс Иммаколата с ее чокнутым напарником – торговцем Шэдуэллом. И если Кэл со Сюзанной благоговеют перед Фугой, то Иммаколата, изгнанная из краев ясновидцев, мечтает ее уничтожить с помощью ее смертного напарника-коммивояжера. Вообще в «Сотканном мире» помимо главных героев очень много второстепенных, но не менее важных и колоритных. И казалось, вот кончается линия одних героев, но тут же начинается или продолжается линия или линии других, а иногда сильные герои становятся жалкими тенями самих себя и наоборот. Поэтому неудивительно, что роман получился таким объемным, и чуточку (самую чуточку!) затянутым. Из одного витка нити рождается еще один и еще один и так далее. Причем каждый кажется таким эффектным и ярким, что хочется сказать: «Все! Хватит!» И после всех тех опасностей и передряг, сменяющихся состоянием покоя, если не сказать застоя, которые пережили Кэл и Сюзанна, появление Бича – то ли духа, то ли ангела, то ли демона, уничтожающего ясновидцев, и заставившего их прятаться в Сотканном мире, уже не кажется таким устрашающим и эффектным, как к примеру, появление сестер Иммаколаты в самом начале книги. Последняя часть явно проигрывает первой по динамике, да и кажется уже перегруженной, хоть и ставит все точки над «i».

  Эта сказка, пусть и темная, про потерянный рай, который каждый ищет или стремится почувствовать его отголоски. Здесь очень много символизма и отсылок, которые можно разгадывать. А можно не разгадывать, а просто наблюдать за попытками Кэла найти свой кусочек рая, не только в волшебном ковре, но и в самом себе.

  
  
  Эта книга становится убежищем еще до того, как заканчивается роман; место, где находит приют уязвимое волшебство. Так внешняя и внутренняя книги, книга сказок и история Фуги, сливаются в одну идею. Ту самую бесценную идею, что приводит читателей с затертыми томиками романа за автографом к автору, а меня возвращает к воспоминаниям о подоконнике и саде за ним, и я делюсь ими с вами. Такая простая мысль, но она до сих пор кажется мне чудесной: в словах мы может сохранить дорогие нам образы и мысли. И не только сохранить, но и передать дальше.

  20 понравилось

  0

  817