Рецензия на книгу

• 

  Solnechnaja220125 мая 2022 г.

  А вопрос в том... Вот в чем вопрос

  Франзен безусловно велик. «Поправки» я начинала уже когда-то, дошла до сцены с лососем, посмеялась, а дальше то ли задохнулась слишком глубоким и детализированным погружением в быт, то ли не справилась с фактурностью и насыщенностью текста, но отложила книгу, как мне казалось, в долгий ящик. И всплыла она неожиданно, когда надо было выбрать электронную книгу для чтения в дороге. После «Темных вод» Ханны Кент (сумрачная Ирландия 19 века, погрязшая в суевериях) и «Всей жизни» Зеталера (размеренное повествование о простом австрийском парне, не отягощенном рефлексией, на фоне века 20го) «Поправки» оказались логичным и последовательным выбором. Перечитывать, как водится, пришлось с самого начала, хотя Франзен из тех писателей, которые умеют создавать запоминающиеся сцены и образы, всплывающие в памяти даже спустя время, когда вроде бы уже и книга изгладилась из памяти, и нет возможности связать эпизод с конкретным читательским опытом, но он все равно ярок и насыщен эмоциями как при первом чтении.

  Треть романа прошла успокаивающе – монументальная мозаика из разновременных сцен потихоньку увязывалась в целостное полотно жизни одной семьи, не всегда насыщенной событиями на поверхности, но бурлящей подкожным драматизмом противоречий, нерешённых конфликтов и обид, скрытых под внешними приличиями и нерушимыми патриархальными нормами. А потом пошла самая мякотка, так что трудно стало отрываться от книги. Отстраненный тон Франзена-автора, который по отношению к своим персонажам не позволяет себе ни капли сочувствия, оттеняет глубину внутренних конфликтов, которые тянут за собой внешние потрясения, со стороны совсем не очевидные, но для читателя, сроднившегося с каждой неприкаянной душой, являющиеся неизбежным исходом. Игра с аллюзиями и сквозными темами увязывает истории казалось бы автономных персонажей в цельный текст, в котором переживания обеспеченного банковского работника становятся неотделимы от переживаний старушки, пытающейся получить удовольствие от долгожданной поездки. Попытки вырваться из череды серых будней, схватить удачу за хвост или попросту удержаться на плаву раз за разом терпят поражение, и каждая сюжетная линия, как бы ни отличалась она от других исходными данными, отражает, пусть и искажая, все прочие. Колесо Сансары раскручивается все быстрее и быстрее, подминая под себя надежды и стремления, ломая прикипевшие с детства стандарты и правила и оставляя после себя пустоту и потерянность, не всем давая сойти, переосмыслить и сменить набившую оскомину рутину, увидеть в потере своего рода освобождение и шанс двигаться дальше. А кому и даст – тот все равно в новую жизнь возьмет себя.

  Тем удивительнее на фоне общей безысходности ловить себя на улыбке, а иногда и смехе от абсурдных, ироничных до жестокости ситуаций, в которых Франзен точно указывает типажи и обличает пороки, но никогда не осуждает (или наоборот осуждает всех), ибо даже самый интеллектуальный из персонажей, тот, кто больше всех стремится к счастью или живет самой на первый взгляд полной жизнью, набит дешевыми мещанскими идеями и представлениями. Баланс не соблюден ни в ком – образование не дает счастья и богатства, деньги не прибавляют ума и благородства, любовь приносит по большей части неуверенность в себе и разочарование, а надо всем довлеет депрессивная усталость: от мира, от людей вокруг и от себя.

  И снова Франзен поражает – забрасывая своих героев в самые неловкие и рассеивающие иллюзии ситуации, заставляя их страдать от несоответствия своих принципов и установок реальному миру и невозможности поставить этот самый реальный мир на нужные рельсы и хоть как-то упорядочить хаотичные процессы, он сохраняет ощущение бурления, насыщенности и многоцветности жизни при всей её конечности. Кажется, что после всех перипетий персонажей ждет выжженная равнина печали и самоуничижения, но круговорот черных и белых полос неостановим – за безысходной ночью всегда следует день, и что-то постоянно происходит вокруг, втягивает в общение, взаимодействие, вытаскивает наружу стремления, которые уже отчаялись найти, и заставляет жить дальше, открывать новые грани в других и в себе, пытаться примириться с ними и как-то вписать себя в парадигму, все больше и больше расходящуюся с самоощущением. И не будет у Франзена к финалу правых и виноватых, не будет полярности между злом и добром. Самые добрые побуждения вызовут самые жестокие катастрофы, а агрессия и жестокость позволят найти зачатки надежды даже в самых гнусных предательствах. «Поправки» одновременно и театрализованное действо с предельно утрированными мыслями, чувствами, чертами характера, и всеобъемлюще жизненный текст, в котором каждая деталь может запустить эмоциональный триггер, а диаметрально различающиеся персонажи заставят испытать самые разные уровни сопереживания, и никогда – равнодушие.

  Поправки

  Джонатан Франзен

  0

  (0)

  41 понравилось

  2,4K