Рецензия на книгу

• 

  Desert_Rose

  10 апреля 2022

  Это "Тени в раю", но расширеннее, обнажённее и горше. Казалось бы, куда уж горше, и так при прослушивании того романа сердце в клочья. Но "Земля обетованная" циничнее, и это выстраданная циничность искалеченных людей, за спиной у которых гонения, концлагеря и лагеря для интернированных и страшные игры в прятки с гестапо и жандармериями других стран. И отчаянные попытки всеми правдами и неправдами продвигаться по "страстному пути", ведущему на свободу. В Бельгию и во Францию, в Португалию и в Испанию, по поддельным документам, нелегально переходя границы, теряя родных и близких, подвергаясь издевательствам и пыткам, с вечным страхом быть схваченными, с вечной надеждой на ещё один день, на удачу, на везение, на случай.

  Эмигрант, "страстной путь" которого превратил его в эксперта-искусствоведа. Искусный хирург, работавший подпольно во Франции и теперь вынужденный заново подтверждать своё право на практику. Эмигрант, которого и в концлагерях, и на протяжении всего "страстного пути" от смерти спасал – нет, не талант – но ремесленное мастерство художника-портретиста. А свой портрет заполучить хотели многие: комендант, охранники и все их семьи, местные жители, прятавшие беглеца, таможенники на французской границе, экипаж грузового судна, плывшего в "землю обетованную". И вот она – Америка, которая вовсе не встречает беглецов с распростёртыми объятиями, а требует документов, поручительств, гарантий, денег. А за океаном уже бушует война. И грустит торговец картинами, что из оккупированной Франции не достать бесценные полотна, а промышленник грустит, что недоступен лионский шёлк. И для кого-то освобождение будет означать хлынувшие на открытый рынок работы Моне и Balenciaga, а для кого-то – осуществление идеи отмщения, которая одна помогала держаться все эти годы.

  "Пока ты жив, ничто не потеряно до конца", говорили они друг другу когда-то. Поддерживали ли эти слова или означали всего лишь продление страданий? Вот уже десять с лишним лет жизнь день за днём даёт им разные ответы. Слишком много страшного повидали они на своём веку, слишком много горя хлебнули, чтобы смысл этой фразы был прост и универсален.

  
  Мы живы, Зигфрид. Возможно, это и есть грандиозное утешение, а быть может, и нет. Как бы там ни было, мы тут, вот они мы, а могли сто раз истлеть в массовой могиле или вылететь в трубу крематория.

  52 понравилось

  1,5K