Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Последний единорог. Два сердца

Питер Бигл

  • Аватар пользователя
    medvezhonok_bobo13 июня 2013 г.

    Начать с того, что я никогда не считал единорогов воплощением чуда, красоты и чистоты, символом которых они являются. Что в них такого особенного? Лошадка с рогом посреди лба. Даже нелепо. Кажется, людское воображение населяет множество гораздо более причудливых, завораживающих мифических существ, нежели Equus с переизбытком Calcium в организме.
    Преувеличением будет сказать, что Питер Бигл со своим "Последним единорогом" кардинально переменил эту точку зрения, но...
    Уже с первых фраз стало ясно: нам по пути.


    Она жила в сиреневом лесу в полном одиночестве. Она была очень стара, хотя не знала об этом, и не беззаботную морскую пену напоминала теперь ее белизна, а снег, искрящийся в лучах Луны. Но по-прежнему живыми и ясными оставались глаза ее, и двигалась Она легко, словно тень облачка по волнам.
    ...длинный рог над глазами сиял перламутровым светом даже в глубокую полночь. Им Она убивала драконов, исцеляла королей и сбивала наземь спелые каштаны для медвежат.


    Сюжет предельно прост, и судить о книге по нему бесполезно и неверно. Она - последняя из единорогов - отправляется на поиски соплеменников, которых похитил злой король Хаггард при помощи загадочного чудовища по имени Красный Бык.
    Питер Бигл написал настоящую поэму в прозе. Главное достоинство книги - ее язык. Поэтичный, красочный, наполненный самыми причудливыми образами и сравнениями, которые в любом другом произведении приобрели бы черты гротеска, абсурда, в лучшем случае, а в худшем - отчаянной, бездарной нелепицы. Встреться где-то выражение типа "его лицо напряглось, как капкан" или "глаза, как глубокие отпечатки копыт на снегу" и читатель, фыркнув, принял бы их за чепуху и неоправданную попытку выпендриться. У Бигла подобные обороты в порядке вещей просто потому, что их количество переступает границу бреда и становится нормой. Это все еще может отпугивать, но, приняв магическую своеобразность стиля, погружаешься в мир изумления, спокойного и чуточку грустного, как перевернутая улыбка.

    Мир "Последнего единорога" парадоксален. Он полон волшебства, но карточные фокусы -предел для магов; здесь Чудо не может принадлежать одному, будучи запертым в клетку, но на свободе - оно принадлежит всем; здесь Красота - страшная сила, пробуждающая душу к жизни и навеки приковывающая ее к себе, иссушая своей недоступностью; здесь одни люди отказываются от детей и радостей жизни ради обеспеченного существования, а
    одиночки готовы идти в неизвестность, потому что "где-то на юго-восток от двенадцатого ребра начали пробуждаться чудеса..."

    После необычной красочности "Последнего единорога" остается смутное чувство обреченности, то ли от перенапряжения мышц воображения, то ли от того, что обыденность очень уж напоминает лишенный чудес мир книги, а люди - сплошь короли Хаггарды, ни злости - одна лишь усталость. Когда схлынет белогривый прилив, когда на горизонте погаснет пламя рогов Красного Быка, когда закончатся песни мотыльков и скроется в чаще призрак Робина Гуда, когда замолчит говорящий кот, тогда в ночи будет звучать лишь одинокий плач паучка. Потому что любая, даже самая удивительная и хитросплетенная паутинка уносится ветром. И сказка кончается.


    Тем, кто бы мог, нет нужды выбирать,
    Нам выбирать! – Из чего ж?
    Нам суждено все, что любим, терять,
    Прошлого – не вернешь.
    64
    320