Рецензия на книгу

• 

  Desert_Rose17 января 2022 г.

  "Честно говоря, мой поэт не дал мне почти ничего, кроме имени, и я сама наполнила это имя жизнью"

  В "Энеиде" Вергилий, обращаясь к полумифическому прошлому Римской империи, конструирует её якобы предначертанную высшими силами великую будущность. Текст его поэмы сосредоточен именно на этом, во множестве оставляя лакуны для интерпретаций поступков и характеров героев, особенно в италийской части повествования. Лавиния, будущая жена Энея, в основном упоминается только в связи с пророчеством:

  
  Слава Лавинию ждет и удел высокий в грядущем,
  Но принесет народу она великие войны.

  Подобно Елене из Спарты, Лавинии из Лациума суждено стать причиной конфликта: Турн против Энея, италийцы против троянцев. По Вергилию события развиваются примерно так: из всех претендентов на её руку Лавиния выбирает Турна, но оракул предсказывает, что быть ей женой чужеземца. И тут на сцене появляется Эней и заявляет свои права на девушку, ведь и ему напророчили всякого. Вспыхивает война. Простор для толкований обширен: доброволен ли был выбор девушки? Как она сама относилась к Энею? В своём романе Ле Гуин выбирает интерпретацию, в которой навязываемый матерью Турн властен, неприятен и нелюбим, а чужеземец Эней суров и желателен в качестве будущего супруга. Симпатии писательницы очевидно на стороне троянцев, тогда как я, читая "Энеиду", скорее была за италийцев и за Турна, а не за Энея и его людей.

  Интерпретации расплывчатого могут разниться, тем ретеллинги и интересны. Меня и в так полюбившихся романах Мадлен Миллер устраивали не все её толкования: например, акцент на ПТСР у Одиссея и финальное развитие событий в "Цирцее", образ Гектора в битве с Ахиллесом и сцены с Фетидой в "Песни Ахилла". Но видение мифов Миллер кажется цельным, поскольку развитие событий внутри них напрямую влияет на путь персонажа. Она осовременивает проблематику античных поэм, приближая героев к современному читателю и вопросам, которые могут быть ему близки: поиск своего пути и своего голоса, тема родительства, жизнь под гнётом ожиданий других и попытки справиться с неизбежным.

  Ле Гуин, со своей стороны, не приближает миф к современному читателю, а скорее вдыхает чуть больше действительности в “полумифическую, неисторическую реальность, что так уверенно описана Вергилием." В её камерном романе в декорациях Италийского полуострова 8-го века до н.э. много внимания уделяется деталям быта и повседневным мелочам: как жили, как проводили досуг, как воевали, справляли праздники и возносили молитвы. Писательница сотворила настоящий метатекст, в котором Лавиния общается с Вергилием и знает, что она и её мир им созданы. Именно римскому автору отведена роль творца и вершителя, поскольку в сюжете нет богов, вмешивающихся в судьбы смертных. Марс, Веста, Юпитер – для италийцев в романе это всё высшие силы, но абстрактные сущности, а не личности. И пусть "её поэт" мало описал свою героиню, Ле Гуин конструирует её историю и за пределами поэмы Вергилия, опираясь на редкие мифы и творя свои собственные. Предложенное ею развитие событий интересно, хотя я не очень понимаю, какими соображениями обусловлен финал романа.

  41

  841