Рецензия на книгу

• 

  winpoo

  8 января 2022

  Sweet but Psycho

  Я было уж совсем разочаровалась в книгах Ф. Тилье из-за его стремления заигрывать с запретным, но эта книга оказалась более будоражащей воображение, чем можно было бы предположить, читая несколько предыдущих. Наворочено в книге много, иногда практически на грани достоверности. Похоже, Ф. Тилье вообще нравится переживать самому и эксплуатировать в читателях адреналиновую сместь «sweet and psycho». Факт амнезии, запускающий всю историю, конечно, уже достаточно затерт в литературе, но каждый раз, и этот - не исключение, он легко становится сюжетообразующим, поскольку провоцирует вопросы, как и почему она возникла, особенно если в выпавшее из памяти время человек, как оказывается, занимался все тем же, чем и в здоровом состоянии. Невольно задаешься вопросом, зачем вообще здесь амнезия, ведь можно было бы обойтись и «малой кровью» в виде нервного срыва или травмы, тем более, что она выступает лишь как триггер, и автор ничего не объясняет по ее поводу.

  Начав с приманки амнезией, для остроты сюжета Ф. Тилье включает в нее и анаграммы, и древнюю символику, и биографию Караваджо, и дождь из мертвых скворцов, и тайное общество, и постмодернистское искусство, и танатопрактику, и даже брутальную, не знающую берегов, русскую «братву». Есть даже «роман в романе» с отсылками к «Последней рукописи» (хороший коммерческий ход! – аплодисменты литературным менеджерам автора) – и все это на фоне детективного расследования, которое ведут два бывших друга – Габриэль и Поль – через 12 лет после исчезновения дочери одного из них. Надо сказать, что ради того, чтобы пощекотать собственные и читательские нервы, Ф. Тилье не гнушается никакими экзотическими страшилками вроде изготовления пластидов (бр-р-р) или постепенного растворения тел в плавиковой кислоте (бр-р-р два раза). В этом плане повествование до тошнотворности натуралистичное: когда русский (sic!) преступник обещает главному герою постепенно растворять ему макушку, а затем и мозг, трудно подавить в себе тошнотворный образ яйца, с хлюпаньем выскальзывающего из своей скорлупы и с шипением распадающегося на серые хлопья в баке с кислотой (три раза бр-р-р). И такие эпизоды составляют довольно большую часть объема книги.

  Тем не менее сюжет в буквальном смысле слова тащит читателя за собой: вместе с героями ты надеешься, ищешь, подозреваешь, догадываешься, понимаешь, горюешь, вскипаешь местью, переживаешь предательство. В нем так много непредсказуемых моментов и острой динамики, что невольно ловишь себя на мысли, что на экране это смотрелось бы лучше. Проблема лишь в том, что весь этот [пере]избыток негатива почему-то не очень трогает, и за разворачиванием всей истории следишь, фактически, когнитивно, ожидая финальной разгадки: жива Жюли или мертва, что же реально случилось, кто виноват, придет ли расплата? Вторая проблема – в затянутости: кажется, автор чересчур уж увлекся темой танатопрактики, ее трэшевой (больше) и «художественной» (меньше) ипостасями и как-то задвинул психологические аспекты произошедшего на второй план и, в сущности, ловко переключая восприятие читателей с результата на процесс, так и не ответил на вопрос, зачем все это было затеяно и стоила ли игра свеч. Я даже задумалась, а все ли в порядке с самим автором, если его так манят запретные территории и трансгрессивность? В конечном итоге так и осталось непонятным, как, почему, из-за чего все это случилось с Жюли, как она оказалась в этой ситуации, а отсюда и двойственные ощущения от прочитанного.

  По сути, мое впечатление от чтения, скорее, «нет», чем «да»: написано лихо, но читать такое раз за разом не очень интересно, отдает какой-то механикой, не только вызывающей нужное автору впечатление все быстрее, но и с каждой новой книгой требующей все более шокирующего стимула, чтобы реакция вообще появлялась. Но читатель - не собака Павлова, и он не должен приучаться к обусловленному плохому, забывая о том, что в мире детективов может быть много хорошего и разного.

  44 понравилось

  1,4K