Рецензия на книгу

• 

  MarinaKoroljova

  27 декабря 2021

  Красота — проклятье мира. Она не дает нам увидеть настоящих монстров (с) Шерлок

  Когда-то давно я смотрела молодежный ужастик о том, как группа студентов поехала на каникулы в Ирландию. Заночевав в лесу, они наелись галлюциногенных грибов и получили нехилый наркотический приход, а там подоспел местный маньяк и... в общем, дичь была дичайшая, чем фильм, собственно, и запомнился.
  «Изувеченный» Натальи Якобсон находится примерно на том же уровне, т.е. сюжет в памяти вроде как отложился, но ощущение где-то на уровне «И что я вообще только что прочитала?».

  Как часто приходится сталкиваться с тем, что казалось бы, величественный корабль свежей и оригинальной идеи самым бездарным образом налетает на глухую громаду айсберга неудачного воплощения, и тонет еще быстрее, чем купальщик, освоивший стиль «Я — топор»?
  Идея книги довольно занятная — ангельски прекрасная девушка видит в зеркале отражение изувеченного мужчины, который начинает убивать случайно соприкоснувшихся с ней людей. Это мог быть как минимум хороший триллер, но в итоге все скатилось в слезливую мелодраму, в которой из мистики намешан такой сумасшедший коктейль, что куда там «молотову» - рванет так, что места живого не останется!
  Но я не буду больше ходить вокруг да около, а просто перечислю все, что мне понравилось и что не понравилось и... начну, пожалуй, с плюсов, так как их тут подавляющее меньшинство.

  Итак...
  

  • сюжет. Сюжет довольно оригинален, тут не прикопаешься. Он заставляет ожидать как минимум напряженного триллера, детектива, захватывающей дух и сковывающей нервы мистики... Мистики тут и впрямь завались, только она какая-то странная. По сюжету мелькает множество странных существ, каких-то кровожадных карликов, довольно часто упоминаются ангелы — и к слову, с ними сравниваются Клер/Корделия, и быть бы тут намеку на ее ангельскую сущность и ее противостояние Донатьену и его темному «Альтер эго», но мне не хочется притягивать за уши то, что явно не отдает философской глубиной;
  • прошлое. Флэшбеки из прошлого в целом оживили сюжет, хотя и привнесли приторную мелодраму. Они выставили персонажей в совсем уж неприглядной свете, но плюс в том, что их было читать на порядок интереснее, чем линию настоящего;
  • объем. К счастью, книга довольно короткая, поэтому рука от постоянных фейспалмов затечь у меня не успела.

    Однако на этом хорошее кончается и начинается обязательная, хоть и не сказать чтобы нелюбимая моя часть — критика.

    Как говорил старый добрый товарищ Конфуций:

    "Я не видел, чтобы люди любили добро так же, как красоту"

    Первый минус касается главной, вернее — ОБЕИХ главных героинь — Клер и Корделии. Их внешность была описана, как ангельская, о чем автор не уставала тыкать читателю в лицо, однако если говорить о ней как о личности... Клер — пустая и неинтересная. Все, что о ней известно, можно уложить в пять слов: красивая нелюдимая художница с комплексом мученицы. На протяжении всей книги меня изрядно раздражала ее манера игнорировать друзей и знакомых, когда это было нужно им, и старательно напоминать о себе, когда это было нужно ей. Но если она просто потребительски относилась к окружающим, то Корделия шагнула гораздо дальше. Хотя она и описывалась, как добродетельная, чистая и светлая девушка, однако ее сущность, или, если позволите — суЧность — выражалась в том, что на самом деле она была завистливой, тщеславной, злой и пустой куклой. Ее мнимая добродетель настолько выпирала из каждого упоминания ее набожности и чистоты, что стала вызывать рвотный рефлекс. Она быстро и легко отбрасывала то, во что якобы верила ради того, во что хотела верить. Тут нечему симпатизировать, нечем восхищаться. Недаром Донатьен в итоге назвал ее куклой.

    Романтическая линия — вымученная. И понятное дело, что никакой любовью там и не пахло. Не забываем, что влюбленность — это еще не любовь, а:

    "Влюбиться можно в красоту, но полюбить — лишь только душу" (с) Шекспир

    Корделия хотела быть с Донатьеном, хотела стать его женой. Не буду отрицать, что и он воспылал к ней темным и извращенным чувством, но если он привязался к ней за то, что она была его противоположностью (хотя как по мне, так она была просто ужасной и под стать ему), то она любила его исключительно за его прекрасное лицо. Хотя это она и сама не отрицала, так что хотя бы в честности ей не откажешь.

    Авторский стиль плохой. Не ужасный, а просто плохой.

  
  «Картинка была такой яркой и живой. Как будто это происходило прямо сейчас... Клер подумала, что неосмотрительно сделала, разведя камин... Узловая рука меж тем поманила...»

  Слишком короткие, рубленые предложения, упрощенные, словно автор боялась, что читатель не осилит более длинные фразы. Неправильное употребленные слов... В любой книге должна быть хоть какая-то художественная ценность! По всей видимости, в любой, но не в этой.
  Флэшбеки, как я уже написала, были чуть поинтереснее событий, происходивших в настоящем, хотя иногда слишком поверхностны, однако мне сильно мешало отсутствие четкой хронологии. Во-первых, что значит «столетия назад»? Почему не написать «год такой-то» или хотя бы «век такой-то»? Ближе к концу хронология вообще ломается, события до казни начинают вылезать вперед, и под конец я даже немного запуталась, сидят они за столом до пыток или уже после смерти (и если да, то какое вообще третье сердце она там ощущала? У трупов сердца не бьются).

  Финал... перечеркнул все, к чему, казалось бы, пришла Клер. Все, что было сделано, было сделано напрасно, все совершённое было лишено всякого смысла. По сути, финал не подводит какой-то итог, он становится черной дырой, на краю которой застывает читатель, понимая, что там, внизу, что-то есть и это что-то никуда не денется, но лезть туда и проверять — ну его, неохота.

  В общем, книга плохая. Не ужасная, конечно, а просто плохая. Такая плохая, что это даже забавно. Я не жалею о потраченном времени, но признаю, что я ровным счетом ничего не приобрела от ее прочтения. У Натальи Якобсон есть еще книги, но что-то мне подсказывает, что их я читать точно не буду.

  4 понравилось

  0

  157