Рецензия на книгу

• 

  peggotty

  24 марта 2013

  Кладбищенский роман для девочек

  
  Я все думала, с какой же точки зрения посмотреть на эту книгу.
  Потом поняла, что зрение должно быть где-то минус восемь.
  Ну или лет от силы на тринадцать, когда в жизни нет еще никакой логики, а есть только чувства.
  И вот если смотреть на роман примерно с этих позиций (пожилым людям вроде меня придется как следует изогнуться в поисках собственной молодости), то он даже складывается в некоторую порядочную картинку.

  Роман, во-первых, изрядно полон всего. Открывается он цитатой из навязшего даже в отечественных зубах Блейка - из того самого стихотворения про "тигр, тигр, ты могуч". Оттуда подцеплена фраза про зеркальную ужасность, которая всю дорогу ощущается как - ну вот примерно как если видишь вдруг русскую книгу, которая называется "От коня своего".
  И думаешь, может, про лошадей.
  И реально, про лошадей оказывается.
  И Пушкин такой, медленно: "Ооок".
  И вот Блейк там как александр сергеич на лошадях. В роли Боярского немножко. Почему бы, как говорится, нет.

  Во-вторых, роман исполнен близнецов. Мне все как-то внутренне кажется, что две пары близнецов могут быть разве что у Анжелины Джоли. В хорошем романе, хватило бы и ни одной, наверное.
  Но тут роман как-то набит близнецами, и даже смерть одной из них всех в самом начале романа как-то не спасает ситуацию. Относительно сорокалетняя женщина по имени не то Эдвина, не то Элспет (я довольно удачно запуталась в их именах, потому что, как выяснилось позже, для романа это важно) умирает в больнице от рака, чтобы воскреснуть в собственной квартире в роли призрака. Целыми днями она кучкой прозрачной ваты лежит в ящике стола и передвигает пыль по комнатам бесплотными пальцами, пока в ее квартиру не въезжает еще одна родственная ей пара близнецов. Эти близнецы - дочери ее сестры-близнеца, с которой у нее двадцать лет не было родственных отношений по причине страшной семейной тайны.
  Весь этот пир генетики обрамлен соседями по дому: бывшим любовником не то Эдвины снизу и просто человеком с биполярным расстройством сверху. Сразу скажу, что человек с биполярным расстройством не будет иметь никакого отношения к сюжету - и от этого только выиграет. Он просто будет весь роман мыть наверху себе полы и руки, пока у него жизнь не сложится лучше, чем у многих нормальных людей.
  Нормальные люди - то бишь все пары близнецов, живые и слишком живые - будут решать важные проблемы: что же делать, когда у тебя сразу есть деньги, жилье и возраст полового согласия.
  Вторая пара здесь представлена юными девочками в белом - на самом деле им уже по двадцать лет, но кому еще возраст мешал носить белые колготки, короткие юбки и думать, что жизнь ужасно несправедлива. Юлия и Валентина въезжают в квартиру своей призрачной тети, и в какой-то момент даже знакомятся с тетей - откуда и начинаются нелогические сюжетные кульбиты с похищением тел и попыткой начать собственную отдельную жизнь через собственную отдельную смерть. Все схемы одной сестры бросить другую посредством сложной интриги с заморозкой, замещением тел и привлечением к делу бывшего тетиного любовника - человека с мягким внутренним пенисом - сводятся к одной, той самой эмоции на тринадцать лет и минус восемь диоптрий: вот я умру, вы все поплачете. Добавить к этому невообразимую семейную тайну, которая к концу романа выскакивает на сцену сама, явно утомившись сидеть за кулисами в ожидании того, пока ее как-то сюжетно выкликнут - и развертывание событий превратится в какую-то предменструальную необратимость: нет нигде логики, нет нигде справедливости, хочется платьице и чтобы пожалели.

  Впрочем.
  Впрочем, если бы в книге все было бы настолько недошито сюжетными нитками, я бы даже не взялась за ее описание, потому что у меня есть одно маленькое правило: только хорошие книги, только свет, любовь и джонни депп.
  И хорошее в этой книге есть. Плотным, подернутым викторианской патиной бэкграундом в книге работает хайгейтское кладбище, которому бы и быть главной героиней романа - без белых юбочек и проблем передела тел и котиков. Моложавый любовник не то Элспет, мягкописечный Роберт, пишет тысячестраничную историю Хайгейта: с разговорами и рассказками. Да так пишет, что когда краешек его диссертации вдруг выныривает у него из-за плеча, хочется потеснить всех близнецов с их проблемами и толкнуть под локоть тетку Ниффенеггер. Сюда пиши, сюда не пиши. Даже в стотысячный раз пересказанная история Лиззи Сидделл органично укладывается в серый земельный фон текста - вдобавок к более интересным ливанским кедрам, семи кладбищам вокруг лондона и Друзьям Хайгейта. Где поперек сюжета Роберт поведет по кладбищу экскурсию, то и дело отвлекаясь на свое духовное мельтешение, хотя вот тут-то у него впервые получится вынуть изо рта самые увлекательные за весь роман вещи.
  В общем, будь как на кладбище.
  Настоящую историю здесь придется откапывать.

  53 понравилось

  12

  526