Рецензия на книгу
Распутывая мишуру
Найо Марш
Krysty-Krysty9 декабря 2021 г.Рождественский маскарад - снимая маски
Рождественский маскарад. Все переодеваются.
Перед Рождеством и Новым годом хочется чудес. "А была ли ты хорошей девочкой?" Первое необходимое чудо - очень нужно срочно превратиться в хорошую девочку, которая заслуживает самых фантастических подарков. (Если вы продолжаете верить в сохранение энергии во Вселенной, то энергии для такого чуда понадобится высосать из пары-тройки сверхтяжелых звезд.) Первое переодевание - усталого, злого, неблагодарного засранца в веселого и бодрого, способного умиляться собственной щедростью и выжать из себя хоть сколько-то вежливых, насколько это возможно, пожеланий (хотя бы до полуночи, когда у всех вежливых тыкв истекает срок годности).
По следам недавнего, более толстого и более изощренного, под маской постмодернизма с павлиньим пером интеллектуальности, детектива Энтони Горовица Сороки-убийцы мне интересно переодевание профессиональной актрисы Найо Марш в писательницу: какова ее первичная ипостась, какой из них она больше гордится? Герой Горовица - писатель ненавидит свои детективы, он жаждет писать серьезную интеллектуальную прозу (с которой не справляется). Я не верю в его кокетство. Если уж человек что-то создал (детскую открытку с приклеенной ватой на Рождество), как бы он ни выставлялся, на самом деле он считает это самой милой безделушкой из всех безделушек галактики. Скорее, он будет искренне считать свои проходные детективы интеллектуальными, постмодернистскими и изощренными. По-моему, у Найо Марш таких серьезных претензий не было, иначе вряд ли бы она так насмешливо и несерьезно назвала персонажей дядя Блох и тетя Клумба (в другом переводе - дядя Прыг и тетя Трах... смелый переводчик...).
Детектив как жанр в наши дни тоже умеет переодеваться. Часто в социальную драму, реже в историческое полотно, иногда в комедию или пародию на самого себя. Наша рассматриваемая (и даже читаная) книга, как новогодняя елка, опутана мишурой пародии, а точнее игры. Распутаем?..
Самый распространенный мотив детектива - поиски убийцы. Но у нас с самого начала есть дом, полный убийц - все их знают, убийства доказаны, преступники пойманы и даже понесли заслуженное наказание. Сейчас они все работают в нашей "массовке". Если отойти от метафор - настоящие (то есть прошлые, то есть бывшие) убийцы работают слугами в доме: камердинер, повар, слуга, водитель - все они когда-то убили, были арестованы и отбыли срок. Их хозяин уверен, что те убийства были случайными и разовыми. Но кто знает наверняка? Тем более, что у нас маскарад с переодеваниями...
На Рождество ожидаются гости: пожилые дядя и тетя, подруга-художница, невеста хозяина дома - актриса. Книга притворяется герметичным детективом, вроде как действие происходит в одном доме с одним набором персонажей. На самом деле дом открыт, туда приезжает полиция, гипотетически оттуда можно уехать (один из слуг пропадает), но под маской писательницы у нас актриса: дом - это сцена, герои раскрываются через диалоги. Роман притворяется пьесой!
Дядя прямо заявляет, что переоденется... не Санта Клаусом, а Великим Друидом, однако будет делать то же самое - охать, топать и дарить подарки местным детям, то есть можно сказать, что даже Санта Клаус в этот вечер переоденется в более глубоко фольклорного, дохристианского персонажа. Гости переоденутся в добродушных добрячков, что непросто. Слуги и так долгие годы замаскированы в порядочных, перевоспитанных, благодарных и честных граждан - их маски приросли. Приглашенная художница ненадолго переоденется в скептически настроенного и сообразительного сыщика (пока не приедет ее муж - настоящий детектив, кстати, главный герой большой серии детективных историй Найо Марш).
Но вот невеста-актриса, кажется, играет меньше всего. Она дива - и равна сама себе, при этом она слишком искренняя, в отличие от других, сдержанных если не коварными мотивами, то во всяком случае хорошими манерами, она свободно выражает любые отрицательные эмоции: по отношению к пожилым потенциальным родственникам с их докучливым ворчанием, недалёкостью и неделикатностью, наигранно вежливым слугам, которые порой выдают настоящие омуты сложных отношений и интриг, а также мелких и больших пакостей, и, наконец, по отношению к кошкам - она их искренне ненавидит. И можно сказать, что хороший человек не может ненавидеть кошек, от такого ненавистника следует ожидать самого злого и ужасного (например, повар этого странного дома когда-то однажды убил того, кто обидел котят, и я его понимаю), но кристальная искренность дивы даже в иррациональной ненависти не может не привлекать.
В результате само Рождество переодевается из доброго детского праздника в мрачное токсичное время насмешек от тетушки, невыносимых истерик невесты, сердечных приступов дядюшки (интересно, бывает траурная мишура?), пакостей вежливых слуг, наконец исчезновения слуги и страшной находки трупа, а потом взаимных подозрений и обвинений. Хорошенький семейный праздник получился...
Под золотой бородой Друида - не тот. Под милыми улыбками не те. "Люк, я твой отец" - "Уж лучше быть сиротой!" Коварные рожи убийц - и те всего лишь маски. Что уж говорить, если убийца... убит. Аристократическая фамилия - подлог. Да даже старинная ваза, ставшая орудием покушения, возможно, подделка, но кому какая разница, она все равно застрахована. На нарисованном портрете изображена только одна из масок мужчины. И если снимать с лица маску за маской, как луковую шелуху, что останется в итоге?..
Но если всё так безнадежно, токсично, мрачно и неискренне, то почему бы не остановиться с этим бесконечным разоблачением масок, мотиваций и - книг. Снимая маскарадные костюмы, оставим хоть что-нибудь: ну хотя бы вежливую улыбку над бельем. Поверим в чужое покаяние, в золотую бороду и в парадный портрет. Прекратим искать двусмысленность в старом добром детективе, в конце концов, этот жанр давно искренне признал сам себя легким развлекающим чтивом.
Ну ее - мишуру, пусть блестит - праздники ведь только начинаются...
_______________________________________________________
Па-беларуску...Калядны маскарад. Пераапранаюцца ўсе.
Перад Раством і Новым года хочацца цудаў. "Ці была ты добрай дзяўчынкай?" Першы неабходны цуд - трэба ператварыцца ў добрую-добрую дзяўчынку, якая заслугоўвае самых фантастычных падарункаў. (Калі працягваць верыць у захаванне энэргіі ў сусвеце, то энэргіі на такі цуд спатрэбіцца высмактаць як з пары-тройкі звышцяжкіх зорак.) Першае пераапрананне - стомленага, злога, няўдзячнага мудака ў вясёлага і бадзёрага, здольнага замілавацца ўласнай шчодрасцю і выціснуць з сябе колькі ветлівых наколькі гэта магчыма зычэнняў (прынамсі да поўначы, калі ва ўсіх ветлівых гарбузоў прамінае тэрмін прыдатнасці).
Па слядох нядаўняга больш тоўстага і вычварнага, у масцы постмадэрнізму з паўлінавым пяром інтэлектуальнасці дэтэктыву Сороки-убийцы мне цікавае пераапрананне прафесійнай акторкі Наё Марш у пісьменніцу: што было для яе першасным, якой сваёй іпастассю яна больш ганарылася? Пісьменнік у Горавіца ненавідзіць свае дэтэктывы, ён хацеў бы пісаць інтэлектуальную сур'ёзную прозу (з якой не спраўляецца). Я не веру ягонаму какецтву. Калі ўжо чалавек стварыў сам нейкую штучку (дзіцячая паштоўка з прыклеенай ватай да Калядаў), як бы ён ні выстаўляўся, насамрэч ён будзе лічыць гэта самай мілай штучкай з усіх бессэнсоўных штучак. Хутчэй ён будзе шчыра лічыць свае прахадныя дэтэктывы інтэлектуальнымі, постмадэрнісцкімі і вычварнымі. Здаецца, Наё Марш не мела такіх прэтэнзій, проста называючы персанажаў дзядзька Блох і цётка Клумба (у іншым перакладзе дзядзька Прыг і цётка Трах... смелы перакладчык...).
Дэтэктыў як жанр у нашы дні таксама ўмее пераапранацца. Бывае ў сацыяльную драму, бывае ў гістарычнае палатно, здараецца - у камедыю ці пародыю на самога сябе. Разгляданая (і нават чытаная) кніга, як ялінка, абматаная мішурой пародыі, ці, дакладней сказаць, гульні. Разблытаем?..
Найбольш часты матыў дэтэктыву - пошукі забойцы. Але ў нас адпачаткава поўны дом забойцаў - гэта ўсім вядома, забойствы даказаныя, злачынцы спайманыя і нават ужо панеслі заслужанае пакаранне. Цяпер яны працуюць масоўкай у нашым "спектаклі". Калі сысці ад метафараў - самыя сапраўдныя забойцы працуюць слугамі ў маёнтку: камердынер, кухар, лёкай, кіроўца - усе яны некалі забілі, былі арыштаваныя і адседзелі тэмрмін. Іхні гаспадар упэўнены, што забойствы былі выпадковымі і разавымі. Але хто можа ведаць дакладна? У нас жа маскарад з пераапрананнямі...
На Раство чакаюцца госці: дзядзечка, цётачка, сяброўка-мастачка ды нявеста гаспадара дому - акторка. Дзядзечка пераапранецца... не Санта Клаусам, а Вялікім Друідам, праўда, рабіць будзе ўсё тое самае - вухаць, тупаць ды раздаваць падарункі мясцовым дзецям, то-бок можам сказаць, што нават сам Санта Клаус на гэтым вечар пераапранаецца ў больш глыбокага фальклорнага персанажа. Госці пераапрануцца ў замілоўных дабрачкоў, што не так і проста. Слугі і так ужо колькі гадоў пераапранутыя ў добрапрыстойных, перавыхаваных, удзячных і чэсных грамадзянаў - іхнія маскі прыраслі шчыльна. Запрошаная мастачка ненадоўга пераапранецца ў скептычнага і кемлівага дэтэктыва (пакуль не прыедзе яе муж - самы сапраўдны дэтэктыў, дарэчы, галоўны герой вялікага цыклу дэтэктыўных гісторый Наё Марш).
А вось нявеста-акторка, здаецца, гуляе найменш - яна дзіва - і яна такая, роўная сама сабе, а да таго ж занадта шчыра і проста яна выказвае любыя негатыўныя эмоцыі: да старых патэнцыйных сваячкоў, якія раздражняюць бурчаннем, недалёкасцю і недалікатнасцю, да найграна ветлівых слуг, якія часам выдаюць сапраўдныя віры прыхаваных складаных стасункаў і інтрыг, а таксама дробных і буйных пакасцяў, урэшце да кошак - яна шчыра іх ненавідзіць. І вы можаце сказаць, што добры чалавек не можа ненавідзець кошак, ад такога ненавісніка варта чакаць самага злога і страшнага (вось, напрыклад, кухар гэтага дзіўнага дому некалі забіў менавіта таго, хто крыўдзіў кацянятаў, і я яго разумею), але крышталёвая шчырасць не можа і не вабіць да сябе.
І ў выніку само Раство пераапранаецца з добрага дзіцячага свята ў вусцішны змрочны час кпінаў цётачкі, невыносных істэрык нявесты, сардэчных прыступаў дзядзечкі, пакасцяў ветлівых слуг, знікнення слугі і страшнай знаходкі трупа. Пад залатой барадой Друіда - не той. Пад прыгожай усмешкай не тыя. Падступныя ашчэры забойцаў - толькі маскі. Арыстакратычнае прозвішча - толькі маска. Намаляваны партрэт - таксама паказвае толькі адну з масак чалавека. Калі здымаць з чалавека маску за маскай, як лушпінкі з цыбулі, што застанецца ўрэшце?
А калі ўсё так безвыходна, змрочна і няшчыра, то чаму б не спыніцца з бясконцым выкрыццём масак, матывацый, кніг. Распранаючыся з маскарадных строяў пакінем на сабе хоць нешта: прынамсі ветлівую ўсмешку. Паверым чужому пакаянню, залатой барадзе і параднаму партрэту. Перастанем шукаць падвойныя сэнсы ў старым добрым дэтэктыве, урэшце, гэта шчырае, даўно прызнанае лёгкім чытво. Ды ну яе - мішуру, няхай блішчыць - святы толькі пачынаюцца...
39458