Рецензия на книгу

• 

  Naelin

  2 марта 2013

  Как же давно я не читала Булгакова - почти забыла, за что я его когда-то относила к любимым писателям. И, похоже, пришло время вновь вернуть его в этот список.
  С маминой стороны у меня все врачи: мама, бабушка, дедушка, прабабушка, прадедушка, двоюродные бабушки и дедушки. И про профессию врача я знаю не понаслышке, но увидеть весь путь - от университета и до более взрослого возраста - я всё равно не могла. С первого курса нам твердят в моём техническом ВУЗе, что важен даже не столько диплом, сколько опыт, который в ВУЗе получить невозможно. И насколько же это верно для профессии врача. С первого курса мама мне говорит о том, что оценки, по сути, не говорят ни о чём: на их потоке отличники, когда проходили практику, бывало, оказывались хуже вчерашних троечников. Но наш герой, конечно, не таков - 15 отлично, один из лучших на своём курсе! Я не хочу сказать, что не надо утруждать себя учёбой - надо, и ещё как! Но стоит давать себе отчёт о том, что эти оценки ничто без опыта - в чём и убеждается главный герой.
  

  
  И тут произошла интересная вещь: все прежние темные места сделались совершенно понятными, словно налились светом, и здесь, при свете лампы, ночью, в глуши, я понял, что значит настоящее знание.
  «Большой опыт можно приобрести в деревне, – думал я, засыпая, – но только нужно читать, читать, побольше... читать...»

  Заметки по каждому рассказу.

  
  1. Полотенце с петухом
  Молодой, только что окончивший университет, доктор Бомгард приезжает в отдаленное село Мурьево.
  

  
  Я успел обойти больницу и с совершеннейшей ясностью убедился в том, что инструментарий в ней богатейший. При этом с тою же ясностью я вынужден был признать (про себя, конечно), что очень многих блестящих девственно инструментов назначение мне вовсе неизвестно. Я их не только не держал в руках, но даже, откровенно признаюсь, и не видел.

  
  Представляете, как должен чувствовать себя человек в подобной ситуации? А если грыжа? А если тяжёлые роды? Или гнойные аппендицит? Все эти напасти рисуются перед взором молодого врача, не давая ему обрести покой. И тут же привозят первого пациента - молодая девушка попала в мялку: одна нога изорвана в лохмотья, на другой сложный перелом. Да и по пути девушка потеряла много крови.
  Молодой врач, вчерашний выпускник. Почти безнадежный пациент.
  

  
  Тут Анна Николаевна склонилась к моему уху и шепнула:
  – Зачем, доктор. Не мучайте. Зачем еще колоть. Сейчас отойдет… Не спасете.

  
  Ведь так просто - оставить умирать почти неизлечимого пациента и снять с себя всю ответственность. Или непросто? Возможно ли не попытаться спасти, не взять на себя ответственность за его смерть (хотя и вины, считай, не будет)? Для главного героя - невозможно.
  

  
  Все светлело в мозгу, и вдруг без всяких учебников, без советов, без помощи я соображал – уверенность, что сообразил, была железной, – что сейчас мне придется в первый раз в жизни на угасшем человеке делать ампутацию.
  <...>
  Я взял нож, стараясь подражать (раз в жизни в университете я видел ампутацию) кому-то… Я умолял теперь судьбу, чтобы уж в ближайшие полчаса она не померла… «Пусть умрет в палате, когда я окончу операцию…»

  
  Есть люди, о которых говорят - врач от Бога. Есть те, которым иногда везёт. Но даже для везения и таланта нужно мужество: умение принять удар на себя, способность рискнуть, отважность проиграть. Именно так пишет о врачах М. Булгаков.

  2. Крещение поворотом
  На этот раз осуществляется главный страх молодого врача - привезли женщину с неблагополучными родами: поперечное положение. И вновь, незнакомая операция, которой никто не обучал и которую нельзя провести по одним учебникам.
  

  
  Довольно! Чтение принесло свои плоды: в голове у меня все спуталось окончательно, и я мгновенно убедился, что я не понимаю ничего, и прежде всего, какой, собственно, поворот я буду делать: комбинированный, некомбинированный, прямой, непрямой!..

  
  Но теперь на кону не одна жизнь, а две: матери и ребёнка. На счастье главного героя, ему помогает одна из акушерок, напутствуя перед операцией.
  

  
  Я жадно слушал ее, стараясь не проронить ни слова. И эти десять минут дали мне больше, чем все то, что я прочел по акушерству к государственным экзаменам, на которых именно по акушерству и получил «весьма». Из отрывочных слов, неоконченных фраз, мимоходом брошенных намеков я узнал то самое необходимое, чего не бывает ни в каких книгах.

  
  Теория хороша там, за стенами родильного дома, но здесь и сейчас доктор понимает, что ему нет нужды думать о видах переворота, а нужно действовать, полагаясь только на собственное чувство меры.

  3. Стальное горло
  Третий рассказ перекликается с первым - практически безнадёжный пациент, новая, непонятная операция, которую молодой эскулап видел только на картинках, и выбор - рискнуть и спасти, или дать умереть.
  

  
  Я поднял глаза и понял, в чем дело: фельдшер, оказывается, стал падать в обморок от духоты и, не выпуская крючка, рвал дыхательное горло «все против меня, судьба, – Подумал я, – теперь уж, несомненно, зарезали мы девочку, – и мысленно строго добавил: – Только дойду домой – и застрелюсь…»

  
  Какое живое описание и какими мелочными кажутся другие житейские проблемы. Стол, маленькая девочка с разрезанным горлом и врач, уже потерявший надежду.
  

  
  Мне хотелось у кого-то попросить прощенья, покаяться в своем легкомыслии, в том, что я поступил на медицинский факультет. Стояло молчание. Я видел, как Лидка синела. Я хотел уже все бросить и заплакать, как вдруг Лидка дико содрогнулась, фонтаном выкинула дрянные сгустки сквозь трубку, и воздух со свистом вошел к ней в горло, потом девочка задышала и стала реветь.
  

  4. «Вьюга»
  На этот раз главный герой оказывается бессилен: в соседнем имении произошёл несчастный случай - при смерти оказалась молодая невеста. И косвенно виноват в этом оказался влюбленный жених. А тем временем на улице зима, воет вьюга, дорогу-то не всегда разобрать можно.
  

  
  Каюсь, я не добавил, что одна мысль остаться во флигеле, где беда, где я бессилен и бесполезен, казалась мне невыносимой.

  
  А на обратном пути они потеряли дорогу и оказались в окружение волков. Вот и встал вопрос: стоило ли оно того, чтобы ехать в такую погоду так далеко, чтобы увидеть угасание человека и оказаться почти ненужным? Или нужным только для того, чтобы оказаться маленькую поддержку другому врачу? Рисковать жизнью почти для ничего, только из-за мизерной возможности спасти чужую жизнь?
  

  
  – Озолотите меня, – задремывая, пробурчал я, – но больше я не по…
  – Поедешь… ан, поедешь… – насмешливо засвистала вьюга.
  

  5. «Тьма египетская»
  Этот рассказ был написан в начале 20 века. Сейчас на дворе начало 21 века. И многое ли изменилось?
  Рассказ повествует о безграмотности населения глубинки в вопросах лечения и следования рекомендациям врача, об их доверие бабкам-знахаркам, нежели врачам, об их попустительстве и нежелании знать об опасностях болезни. И главный герой принимает решение бороться с темнотой в человеческом сознании.
  

  
  «Ну, нет… я буду бороться. Я буду… Я…» И сладкий сон после трудной ночи охватил меня. Потянулась пеленою тьма египетская… и в ней будто бы я… не то с мечом, не то со стетоскопом. Иду… борюсь… В глуши. Но не один. А идет моя рать: Демьян Лукич, Анна Николаевна, Пелагея Ивановна. Все в белых халатах, и все вперед, вперед…

  
  Прошло почти 100 лет с описанных в рассказе событий. На телевидение множество разных программ о самолечение, в больницах встречаются недобросовестные и неграмотные врачи, появилось такое явление, как поставить диагноз по интернету, кто-то сам решает какие таблетки и в каких количествах пить - тьма египетская и не думает сдавать своих позиций.

  6. «Пропавший глаз»
  Прошёл год с того момента, как главный герой приехал работать в больницу. Он многое повидал, осмотрел тысячи пациентов, провёл немало операций. Герой вспоминает несколько историй из практики, которые когда-то приводили его в ужасах, а теперь взывают понимание того, что они были неизбежны (неудачные роды, или выдранный зуб у солдата). Наш доктор стал более циничным, распрощался с многими иллюзиями и теперь думает иначе и понимает жизнь по-другому.
  

  
  Я, – пробурчал я, засыпая, – я положительно не представляю себе, чтобы мне привезли случай, который бы мог меня поставить в тупик… может быть, там, в столице, и скажут, что это фельдшеризм… пусть… им хорошо… в клиниках, в университетах… в рентгеновских кабинетах… я же здесь… все… и крестьяне не могут жить без меня… Как я раньше дрожал при стуке в дверь, как корчился мысленно от страха… А теперь…

  
  И тут же привозят ему случай, который ставит его в тупик. И так он ломает над ним голову, и этак. А до чего же проста оказывается разгадка!
  

  
  Нет. Никогда, даже засыпая, не буду горделиво бормотать о том, что меня ничем не удивишь. Нет. И год прошел, пройдет другой год и будет столь же богат сюрпризами, как и первый… Значит, нужно покорно учиться.

  
  До чего же загадочно человеческое тело и его болячки - и вновь оказывается верной народная мудрость - век живи, век учись.

  7. «Звёздная сыпь»

  Медицинский институт. Начало лекции. Заходит преподаватель.
  

  • Перед началом лекции я хотел бы рассказать вам одну историю.

  
  Как-то в молодости я с приятелем пошел на дискотеку. И там нам
  обоим понравилась одна симпатичная девушка. Но она предпочла
  мне моего друга и с дискотеки ушла с ним. Вот так я остался с носом.
  А мой друг без носа. Запишите тему лекции: "Сифилис и его последствия".

  Седьмой и последний рассказ о приключениях доктора Бомгарда повествует нам об эпидемии ужаснейшей болезни - сифилисе.
  

  
  К чему же теперь, когда прошло так много лет, я вспомнил ее, обреченную на четырехмесячный страх? Недаром. Женщина эта была второй моей пациенткой в этой области, которой впоследствии я отдал мои лучшие годы. Первым был тот – со звездной сыпью на груди. Итак, она была второй и единственным исключением: она боялась. Единственная в моей памяти, сохранившей освещенную керосиновой лампой работу нас четверых (Пелагеи Ивановны, Анны Николаевны, Демьяна Лукича и меня).
  
  – Это значит… – говорил я в тени самому себе и мыши, грызущей старые корешки на книжных полках шкафа, это значит, что здесь не имеют понятия о сифилисе и яэва эта никого не пугает. Да-с. А потом она возьмет и заживет.

  
  Много времени и сил положил доктор на борьбу с этой болезнью, но в сочетании с темой, прозвучавшей в рассказе "Тьма египетская", много его усилий пропали даром. Какие бы не расточал речи главный герой, как бы не уговаривал, не угрожал, не увещевал своих больных, он много раз в ответ получал непонимание, недоверие и обвинение в не профессионализме.
  

  
  – Плохо лечит. Молодой. Понимаешь, глотку заложило, а он смотрит, смотрит… то грудь, то живот. Тут делов полно, а на больницу полдня. Пока выедешь, – вот те и ночь. О, Господи! Глотка болит, а он мази на ноги дает.

  
  Но доктор не сдавался, а, наоборот, открыл отделение для сифилитиков (хотя и денег ему на это толком не выделили - кому это надо там, в далеком, наполненном электрическим огнями, городе?) и вновь, и вновь пытался одолеть этого монстра. Вот что значит быть настоящим врачом.

  Также в сборник входит другой рассказ из практики доктора Бомгарда - рассказ "Морфий".
  Следует сразу сказать, что рассказ этот автобиографичен, поэтому так ценно описание метаморфоз, которые происходят с героем - они не выдуманы, они действительно описывают демона наркомании и все процессы, которые происходят с человеком ему поддавшимся. Булгаков когда-то сам победил этого демона (он и пишет о том, что не кто-то, а только сам одержимый человек может выиграть эту битву), но его героя ждёт печальная участь (хотя, в каком-то смысле, его конец тоже можно назвать победой).
  В записках морфиниста полностью показан путь от того, как началась его зависимость - с маленькой дозы, принятой в лечебных целях, до полной зависимости. Показан самообман человека, который это дозу стал постепенно повышать и убеждать самого себя, что это мало, что он сможет всегда слезть, что он врач и знает, как будет лучше. Важно и то, что это записки врача, который знает об опасности морфия, но верит в то, что ему он будет не страшен - ведь он Врач, ученый и интеллигентный человек - разве он может опуститься? Оказывается, что может: морфий не делает различий богат ты или беден, умён или глуп, образован или неуч - он просто покоряет.
  В конце Булгаков задаётся вопросом, важен ли кому-то будет его опыт?
  

  
  Теперь, когда прошло десять лет, – жалость и страх, вырванные записями, ушли. Это естественно, но, перечитав эти записки теперь, когда тело Полякова давно истлело, а память о нем совершенно исчезла, я сохранил к ним интерес. Может быть, они нужны? Беру на себя смелость решить это утвердительно.

  
  И я тоже отвечу утвердительно. Нужны и важны. И рассказывать об этом надо человеку с детства, внушать ему суеверный ужас перед той одержимостью, которой он может подвергнуться. Ведь побороть её могут единицы, а погибают миллионы.

  Ещё один рассказ, который также включен в сборник, называется "Я убил".
  Это также рассказ от имени другого человека, который доносит до нас наш доктор Бомгард.
  В кругу врачей происходит спор на тему, может ли убить врач своего пациента намеренно
  

  
  – Терпеть не могу, – продолжал я, – фальшивых и покаянных слов: «Я убил, ах, я зарезал». Никто никого не режет, а если и убивает, у нас в руках, больного, убивает несчастная случайность. Смешно, в самом деле! Убийство не свойственно нашей профессии. Какой черт!.. Убийством я называю уничтожение человека с заранее обдуманным намерением, ну, на худой конец, с желанием его убить. Хирург с пистолетом в руке – это я понимаю. Но такого хирурга я еще в своей жизни не встречал, да и вряд ли встречу..
  Доктор Яшвин вдруг повернул ко мне голову, причем я заметил, что взгляд его стал тяжелым, и сказал:
  – Я к вашим услугам.

  
  И доктор рассказывает свою историю о том, как он убил своего пациента.
  Когда Яшвин признался в убийстве, его коллеги выдвинули версию о милосердии:
  

  
  – Ну, догадываюсь, – сквозь зубы заметил скептик Плонский, – рак у него, наверное, был, мучительное умирание, а вы ему морфий в десятикратной дозе…

  
  Но то, что совершил Яшвин значительно отличалось от этого.
  Дело происходило во время революции - шла битва между большевиками и петлюровцами. Но герой рассказа, который принял сторону большевиков, против своей воли оказался в отряде одного из петлюровских полковников, чтобы лечить солдат. За ту короткую ночь он видел много жестокости, которую творил полковник Лещенко по отношению к пленным, а вскоре доктора вызвали залечить рану этого петлюровца. И тут же, на его глазах, полковник наказывает женщину, у которой убил мужа. Тогда Яшвин и делает выбор, который запомнил на всю жизнь.
  

  
  Одну из пуль я, по-видимому, вогнал ему в рот, потому что помню, что он качался на табурете и кровь у него бежала изо рта, потом сразу выросли потеки на груди и животе, потом его глаза угасли и стали молочными из черных, затем он рухнул на пол.
  
  После молчания я спросил у Яшвина:
  – Он умер? Убили вы его или только ранили?
  Яшвин ответил, улыбаясь своей странненькой улыбкой:
  – О, будьте покойны. Я убил. Поверьте моему хирургическому опыту.

  
  Помнится, когда-то давно в школе я писала сочинение по этому рассказу, а сейчас могу сказать, что он один из самых любимых в этом сборнике. Теперь, когда я читала его, мне сразу вспомнилась серия из сериала House M.D., когда доктор Чейз убил своего пациента - диктатора одной из африканских стран, который был виновен в смерти тысячи невинных. Не смотря на все клятвы, которые дают врачи в отношении своих пациентов, они прежде всего люди. И в какой-то момент человеческий закон становится выше врачебного. Другой вопрос в том, имеет ли право человек творить правосудие? Имеет ли право забирать чужую жизнь даже во имя блага и спасения других?
  В рассказе шла революция, и доктор Яшвин убивает врага. И тем не менее, это убийство далось ему высокой ценой. То же самое, кстати, касается доктора Чейза (но речь сейчас не о нём). А как расценивать этот поступок, Булгаков оставляет на волю читателя. В моей системе ценностей Яшвин сделал то, что должен был сделать - и осуждать его нельзя.

  Потрясающий, всё-таки, писатель Булгаков. Как жизненно и интересно он описал профессию врача. И о какой профессии он писал! Чтобы стать Врачом, Доктором недостаточно закончить институт. Доктор - это способность принимать молниеносные решения, чтобы спасти жизнь человека (не пациента, а именно человека), это способность найти язык с теми, кто пришёл к тебе, это опыт, который копится всю жизнь. И носить это звание - звание Врача, Доктора достоин не каждый, у кого есть диплом. Помнится, бабушка мне рассказывала, как к ней в отделение направили молодого аспиранта, который писал докторскую. И написал, и стал кандидатом медицинских наук, но не мог произвести простой операции на глаза, потому что боялся и не умел. Для меня такой человек может быть учёным, но не доктором или врачом. А настоящие Доктора и Врачи - это люди удивительной силы воли и духа, о чем так часто забывают пациенты. Берегите наших медиков.

  65 понравилось

  13

  381