Рецензия на книгу

• 

  markksana55

  6 сентября 2021

  Однажды, сделав выбор, в жизни свой, мы платим за него большой ценой

  Пронзительно сильнейшим по эмоциональному накалу оказалось для меня очередное перечитывание драмы Островского "Гроза". Её рассматривают и как конфликт "тёмного царства" с "лучом света", и как историю любви отчаявшейся женщины в мире несостоятельных мужчин. А для меня "Гроза" - драма, основанная на необходимости выбора, причём драма религиозная, читать которую необходимо с осознанием, что измена – страшный грех для верующего человека, верующего так искренне, как верит Катерина. Это всё-таки не история телесной страсти и измены тела, а история трагедии измены собственной вере.

  По школьным урокам литературы Катерина больше ассоциируется с "лучом света в тёмном царстве", так называет её Добролюбов. А "тёмное царство" - жизнь купеческого мещанского патриархального общества со своими устоявшимися устоями. Добролюбов воспринимает "Грозу" как конфликт "старого" и "нового". Он явно на стороне Катерины, но оценивает её мировоззрение как передовое и положительно относится к тому, что Катерина отдаётся своему страстному порыву, ведь её действия полностью вписываются в его концепцию призыва к обновлению всех сторон жизни.

  Но даёт ли нам текст драмы основания так думать, если в него вчитаться? Какие мысли посещают Катерину, как она сама их оценивает? А Катерина греха боится! И, кстати, ни в одной пьесе Островского с такой частотой не звучит слово "грех", как в этой. Любить – грех. Быть свободным – грех. Броситься с обрыва – грех. Плакать – грех. Смеяться – грех. И апофеозом звучит финальный монолог Катерины "Жить нельзя! Грех!".
  

  
  А вот, что, Варя: быть греху какому-нибудь! Такой на меня страх, такой-то на меня страх! Точно я стою над пропастью и меня кто-то туда толкает, а удержаться мне не за что. Лезет мне в голову мечта какая-то. И никуда я от нее не уйду. Думать стану – мыслей никак не соберу, молиться – не отмолюсь никак. Языком лепечу слова, а на уме совсем не то: точно мне лукавый в уши шепчет, да все про такие дела нехорошие. И то мне представляется, что мне самое себе совестно сделается. Что со мной? Перед бедой какой-нибудь это! Все мерещится шепот какой-то: кто-то так ласково говорит со мной, точно голубь воркует. Уж не снятся мне, Варя, как прежде, райские деревья да горы, а точно меня кто-то обнимает так горячо-горячо и ведет меня куда-то, и я иду за ним, иду…"

  Всё же, на мой взгляд, конфликт в пьесе гораздо глубже, сложнее и тоньше, это конфликт чувства и долга. Выбор - это всегда дело совсем не простое. И женщина, как правило, стоит перед выбором между страстью, между неким природным влечением и ответственностью перед семьёй и чувством долга. У Катерины, как личности непосредственной, живой, всё делается по влечению натуры. И в конечном итоге в ней побеждает страстное начало, побеждает желание встретиться с человеком, в которого она влюбилась без памяти. Катерина сама понимает, что эта встреча не принесёт ей счастья, понимает, что она себя губит, но при этом не встретиться с любимым она не может, противостоять своим стремлениям она не в силах.
  

  
  Мне умереть не страшно, а как я подумаю, что вот вдруг я явлюсь перед Богом такая, какая я здесь с тобой - вот, что страшно. Ах, Варя, грех у меня на уме! Сколько я, бедная, плакала, чего уж я над собой не делала! Не уйти мне от этого греха. Никуда не уйти. Ведь это нехорошо, ведь это страшный грех, что я другого люблю?

  Драма разворачивается в душе Катерины. Не это ли "тёмное царство" - внутри Катерины?! Поразительно классический образ искушения, которое она в итоге не проходит. Для Катерины которая "светится" во время молитвы и "на лице улыбка ангельская", соблазн оказался сильнее Божьих заветов. "Удержаться мне не за что". Или не за кого, потому что муж её Тихон не удержал, а ещё и подтолкнул к измене. И "страшный грех" совершается. Катерина сразу упрекает Бориса. "Ты меня загубил". Тихон в свою очередь упрекает мать : "Маменька, вы её погубили, вы, вы, вы..." На самом деле трагический финал - это результат выбора главной героини. И трагизм ещё и в том, что выбор этот очень сложный, так как человек по своей природе слаб. И Катерина достойна самого-самого сочувствия, как человек не устоявший на краю пропасти. И именно невозможность жить с сознанием своей греховности диктует исход драмы.

  PS. Интересно было сравнить мотив искушения Катерины и другой героини в русской литературе Анны Карениной, которая следует по тому же пути - пути Катерины. Их рассуждения в ситуации искуса очень и очень похожи по смыслу. Меняется время (совсем другая эпоха, другое общество - не мещане и купцы, а вполне прогрессивное дворянство), но не меняется что-то в людях. Мысли Катерины в момент, когда она совершает для себя этот ключевой выбор.

  
  (Задумчиво смотрит на ключ.) Бросить его? Разумеется, надо бросить. И как он ко мне в руки попал? На соблазн, на пагубу мою. (Прислушивается.) Ах, кто-то идет. Так сердце и упало. (Прячет ключ в карман.) Нет!.. Никого! Что я так испугалась! И ключ спрятала… Ну, уж, знать, там ему и быть! Видно, сама судьба того хочет! Да какой же в этом грех, если я взгляну на него раз, хоть издали-то! Да хоть и поговорю-то, так все не беда! А как же я мужу-то!.. Да ведь он сам не захотел. Да, может, такого и случая-то еще во всю жизнь не выдет. Тогда и плачься на себя: был случай, да не умела пользоваться. Да что я говорю-то, что я себя обманываю Мне хоть умереть, да увидеть его. Перед кем я притворяюсь-то!.. Бросить ключ! Нет, ни за что на свете! Он мой теперь… Будь что будет, а я Бориса увижу! Ах, кабы ночь поскорее!..

  В каждой фразе она мечется от одной мысли к другой. А вот колебания того же рода другой героини Анны.

  
  Вспомнила бал, вспомнила Вронского и его влюбленное покорное лицо, вспомнила все свои отношения с ним: ничего не было стыдного. А вместе с тем на этом самом месте воспоминаний чувство стыда усиливалось, как будто какой-то внутренний голос именно тут, когда она вспомнила о Вронском, говорил ей: «Тепло, очень тепло, горячо». «Ну что же? — сказала она себе решительно, пересаживаясь в кресле. — Что же это значит? Разве я боюсь взглянуть прямо на это? Ну что же? Неужели между мной и этим офицером-мальчиком существуют и могут существовать какие-нибудь другие отношения, кроме тех, что бывают с каждым знакомым?» Она презрительно усмехнулась и опять взялась за книгу, но уже решительно не могла понимать того, что читала.

  Здесь поднимается вопрос о существовании черты, которая (хотим мы этого или не хотим) - но она существует. Переступить её или не переступить - так или иначе этот вопрос встаёт перед человеком. Русская классика, как я вижу, настаивает на том, что страсть подобного рода и выбор подобного рода - тупиковый и деструктивный. Я далека от мысли осуждения моих любимых героинь, так как возвращаюсь к мысли о том, что выбор всегда слишком сложный, чтобы можно было однозначно осудить человека.

  62 понравилось

  10

  2,9K