Рецензия на книгу

• 

  elefant20 июля 2021 г.

  «О всё видавшем…»

  Исследование И.М. Дьяконова, несмотря на свою 60-летнюю историю, до сих пор не потеряло своей значимости и является одним из лучших в русскоязычной историографии вопроса. Глубокий знаток множества языков Ближнего Востока смог не только первым донести текст «Эпоса о Гильгамеше» от аккадской клинописи до широкого круга читателей, но и глубоко проработал многие вопросы, связанные с т.н. «гильгамешеведением». Когда в 1961 году выходил «Гильгамеш» И. Дьяконова – он находился на высоте мировой ассириологии, а многие моменты остаются непревзойдёнными до сих пор.

  Исследование литературы Древнего Востока связано с преодолением множества трудностей, одна из которых – обширная языковая практика. Популярность «Эпоса» на протяжении нескольких тысячелетий породила целый ряд её вариантов на различных языках. Поскольку ни в одном из них «Эпос о Гильгмаше» не сохранился полностью (а иногда и вовсе фрагментами) – нужно знать как минимум шумерский и аккадский, совершенно непохожие друг на друга древние языки с необыкновенно сложной письменностью; чтобы работать с периферийными версиями, нужно знать ещё хеттский и хурритский; и конечно, иметь хорошее представление об истории, культуре и мифологии большого и очень разнообразного региона, древнего Ближнего Востока. Всё это обстоятельно прорабатывает и доводит до своего читателя Игорь Михайлович в данной обширной критической статье.

  Дабы хорошо понимать эпос о Гильгамеше необходимо в первую очередь вникнуть в саму ту среду, в которой зародилась сначала легенда, а затем и эпическая поэма о Гильгамеше. Дьяконов даёт широкий обзор культурно-исторического и мифологического контекста эпоса. При этом автор обращает внимание, что эпос этот, в сущности, стал первой попыткой обобщить накопленный человеческий опыт, внести систему в представления о наблюдаемой действительности. Пытаясь в простейших формах осмыслить некоторые, часто грозные, явления природы, они слагали предания и мифы о богах — владыках и владычицах зверей, о ежедневном воскресении солнца, о рождении и смерти луны, о ежегодной смерти и воскресении духов растительности. Этот цикл легенд о смене жизни и смерти отразился и в мифе о совершившейся когда-то гибели мира после всемирного потопа или пожара, и о воскресении этого мира к нынешней жизни, на смену которой, быть может, придет новая всемирная гибель. Все эти мифы позже послужили материалом для художественного творчества народов древней эпохи.

  Исследователь рисует перед своим читателем обширное полотно из жизни Древнего Двуречья: «заглядывает» в дома простых жителей и знати, «садится» с ними за стол, «прохаживается» по улочках Урука, пристально «наблюдает» за жизнью правителей, жречества, писцов, воинов и земледельцев. Кажется, ничего не ускользает от зоркого взора автора. Особенно его интересует развитие литературы – преданий, песен, молитв и басен – того древнейшего периода. И.М. Дьяконов обращает внимание на историческую достоверность личности Гильгамеша, бывшего царём непокорного Урука около 2800 – 2700 гг. до н.э. Хотя его личность в данном исследовании явно затмевается другим правителем – Саргоном Древним.

  Гильгамеш стал настолько популярен в народе, что его личность стала буквально окутываться многочисленными преданиями и легендами уже практически сразу же после смерти правителя. Все эти первоначально разрозненные поэмы впоследствии были соединены и составили тот самый «эпос о Гильгамеше». Что же заставило древних авторов их соединить, в чём секрет популярности Гильгамеша, что общего между всеми этими поэмами и в чём их принципиальное различие? В чём секрет той самой заключительной XII таблицы, совсем не похожей на все предыдущие, но отчего-то включённой авторами в общий список? На эти и многие другие важные для понимания эпохи вопросы и пытается ответить исследователь.

  Нельзя не согласится с автором, будто для понимания поэмы необходимо не только общее знакомство с историей страны, но и некоторое представление о мировоззрении её народа. Это особенно важно, когда речь заходит о поистине глубоко философичном «эпосе о Гильгамеше». Ведь здесь, пожалуй впервые в истории, были подняты многие жизненно важные вопросы, над решением которых человечество бьётся до сих пор: о значении для человека смысла жизни и смерти, роли дружбы и добрых дел для сохранения памяти потомкам, поисках бессмертия (и если не плотского – то хотя бы духовного), наконец, наших отношениях друг к другу и самому себе…Может быть в этом и есть секрет того, что поэма о Гильгамеше, видоизменяясь в течение веков от поколения к поколению, продолжала жить в устах рапсодов и пережила падение многих царств и официальных идеологий.

  14

  837