Последние истории
Ольга Токарчук
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Ольга Токарчук
0
(0)

Умирание начинается, когда мы живем не своей жизнью. Возможно, книга и об этом. Уверенности нет. Произведение требует кропотливого, аккуратного вхождения в него. Лучше получалось читать утром. Вечером, если не умолкли собственные эмоции дня, скользишь по тексту без углубления.
Умирание, происходит не в старости, оно может начаться и в двадцать пять лет, например, после провала в супружескую жизнь. Все три рассказанные истории анализируют прошедшую жизнь.
Две памяти о прошедшей жизни. Первая – так должно было случиться. Другая память – происшедшее в реальности, «событие, внешне похожее» на первое.
Два противостоящих потока: «должно было быть» и «случилось». Противопоставляя их, человек постепенно убивает текущее, свое настоящее. Теряя себя, пытается найти маски, наряды, замену той утерянной жизни, предоставляемые культурой, например китч. Китч, как один из признаков умирания человека. Предлагаю оценить мысль автора в этом направлении:
Притворяться, лицемерить, не любить себя и других, отделиться от всех, подняться на гору, построить стену, замок, святость границ, а иначе неуверенность, хаос, потеря себя.
Одна из границ проходит между жизнью и смертью, другая, между «я» и «другие». Кто проводит эти границы, насколько они осознаваемы?
В первой истории героиня исследует одну из границ, свое «я», как тело. Об измерении температуры градусником во время болезни:
Третья героиня углубляет эти исследования, ломая некоторые границы.
Мысль направляется к «недвойственности» – адвайта, единство. Или остаемся в множественности, разобщенности, в хаосе деталей, на которых заостряет внимание вторая героиня. Также, вспомним начало моего отзыва о раздвоении памяти.
Наскучив выслушивать монологи своих «я», можно обратиться к «ты».
Где «Я» и «ты», там «я» яростно отстаивает границы.
Все три героини споткнулись на «ты» и перешли на «он» … в первую очередь к мужской части общества. Что это? Отступление, побег? Даже сын называется мальчиком, чтобы увеличить дистанцию.
Приведу отрывок, который, по моему мнению, характеризует основную мысль прожитых героинями жизней.
В этом, возможно, можно увидеть выход из замкнутой на себе округлой формы. Выход, считаю, автор демонстрирует на мужских персонажах. Добавлю, правда, что они же и причина ухода к обращению – «он». Поэтому роман не женский, а требующий синтеза, мужского и женского участия.
Произведение читать не просто. Много смертей и описания процесса умирания. Предположу что их больше, чем я заметил. Это давит. С первого раза трудно правильно понять и оценить книгу. Поэтому мой отзыв, это только штрихи, попытка очертить границы произведения, отделить часть, чтобы можно было поделиться с другими.
Комментарии …
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.