Письма Царской Семьи из заточения
Юлия Ден, Даниэль Жирарден, Пьер Жильяр
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Юлия Ден, Даниэль Жирарден, Пьер Жильяр
0
(0)

Брала эту книгу с одной целью – мне было интересно, как содержалась царская семья в заточении и какими «кровавыми деспотами» были их арестовавшие. Сразу скажу, примерно 70% писем – это разговоры о религии, воспоминания о счастьи былом, благодарности, жалобы и т.д. и т.д. и т.п. Среди этого информацию непосредственно о жизни в заточении надо вычленять.
Перед тем как читать о заключении Романовых, неплохо бы осведомиться, как содержались их заключённые (которые попали под подозрение, а не непосредственно задержанные за кровавое преступление):
(речь о временах Александра II – дедушке Николая II, но разве что-то менялось с тех пор?)
Из книги о Софьи Перовской
В предисловии говорится, что на момент ареста на Августейших Детей на всех напала корь – тем не менее всех арестовали. Шок? – да. Но в самих письмах далее о кори ни слова, только в одном из писем Александра Фёдоровна жаловалась на простуду у детей, на своё сердце и изредка опухоли (мозоли от работы) на руках.
Что же такого страшного было в бытии в заточении? Из того, о чём идёт речь в письмах – это колка дров, уборка сена, чистка дорожек (дорожек а не улиц). На этом страхи и ужасы заканчиваются, помимо самой неволи и чтения их переписки третьими лицами.
В письмах Романовы нередко выражают благодарность за духи, шоколад, книги, открытки – а значит всё это им исправно передавалось, а не конфисковывалось.
В отличии от обычных заключённых, у Романовых был досуг – книги (даже самые модные на французском), газеты, игра в шашки, цветы, огород. Они развлекали себя так же чаем, домашними спектаклями. В письме от июля 1917 года Ольга Николаевна пишет о прогулках по нескольку часов. Для образования младшего поколения им были доступны учителя, и не какие-то местные, а из гимназий. Романовы имели возможность ходить в церковь, молиться, говеть и соблюдать прочие религиозные обряды.
Вот письмо Марии:
В письмах Александра Фёдоровна выражает сочувствие воюющим солдатам и осведомляется о состоянии лазаретов. (Но, извините. Кто этих солдат туда отправил? – не Ваш ли Августейший супруг?). Вот как бывшая императрица пишет о людях (своих бывших подданных):
То есть страну наказывает нелюбовь народа к Богу, а не ошибки в государственном управлении – читать такое в 21 веке очень забавно.
Особых ужасов заточения Романовых я не заметила. Да, немного странно представлять их в фуфайках и с метлой. Но, учитывая, что это – обычное занятие среднего россиянина во времена царского правления, выглядит даже справедливо.
Одно замечание к редакции книги: письмо Александры Фёдоровны от 31 июля 1917 года на французском языке написано с ошибками и опечатками и без аксанов.
Из моей рецензии можно понять, что какой-то чрезмерной жалости я не испытала, читая это всё. Уважаемые, те, кто пишет, что плакал, читая эти письма, скажите, в каком именно месте здесь пускать слезу? Я ждала чего-то действительно страшного - голода, холода, полной изоляции, ужасающие условия в сырых помещениях без света - и нет, ничего из перечисленного не было. Больше даже похоже на курорт, учитывая какой хаос был в это время в Петербурге и Москве.
Расстрел царской семьи - это другая тема и отдельный разговор. Думаю, они этого не заслужили. Но, что касается самого заключения и содержания - то оно более чем достойное и милосердное.
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Юлия Ден, Даниэль Жирарден, Пьер Жильяр
0
(0)

Брала эту книгу с одной целью – мне было интересно, как содержалась царская семья в заточении и какими «кровавыми деспотами» были их арестовавшие. Сразу скажу, примерно 70% писем – это разговоры о религии, воспоминания о счастьи былом, благодарности, жалобы и т.д. и т.д. и т.п. Среди этого информацию непосредственно о жизни в заточении надо вычленять.
Перед тем как читать о заключении Романовых, неплохо бы осведомиться, как содержались их заключённые (которые попали под подозрение, а не непосредственно задержанные за кровавое преступление):
(речь о временах Александра II – дедушке Николая II, но разве что-то менялось с тех пор?)
Из книги о Софьи Перовской
В предисловии говорится, что на момент ареста на Августейших Детей на всех напала корь – тем не менее всех арестовали. Шок? – да. Но в самих письмах далее о кори ни слова, только в одном из писем Александра Фёдоровна жаловалась на простуду у детей, на своё сердце и изредка опухоли (мозоли от работы) на руках.
Что же такого страшного было в бытии в заточении? Из того, о чём идёт речь в письмах – это колка дров, уборка сена, чистка дорожек (дорожек а не улиц). На этом страхи и ужасы заканчиваются, помимо самой неволи и чтения их переписки третьими лицами.
В письмах Романовы нередко выражают благодарность за духи, шоколад, книги, открытки – а значит всё это им исправно передавалось, а не конфисковывалось.
В отличии от обычных заключённых, у Романовых был досуг – книги (даже самые модные на французском), газеты, игра в шашки, цветы, огород. Они развлекали себя так же чаем, домашними спектаклями. В письме от июля 1917 года Ольга Николаевна пишет о прогулках по нескольку часов. Для образования младшего поколения им были доступны учителя, и не какие-то местные, а из гимназий. Романовы имели возможность ходить в церковь, молиться, говеть и соблюдать прочие религиозные обряды.
Вот письмо Марии:
В письмах Александра Фёдоровна выражает сочувствие воюющим солдатам и осведомляется о состоянии лазаретов. (Но, извините. Кто этих солдат туда отправил? – не Ваш ли Августейший супруг?). Вот как бывшая императрица пишет о людях (своих бывших подданных):
То есть страну наказывает нелюбовь народа к Богу, а не ошибки в государственном управлении – читать такое в 21 веке очень забавно.
Особых ужасов заточения Романовых я не заметила. Да, немного странно представлять их в фуфайках и с метлой. Но, учитывая, что это – обычное занятие среднего россиянина во времена царского правления, выглядит даже справедливо.
Одно замечание к редакции книги: письмо Александры Фёдоровны от 31 июля 1917 года на французском языке написано с ошибками и опечатками и без аксанов.
Из моей рецензии можно понять, что какой-то чрезмерной жалости я не испытала, читая это всё. Уважаемые, те, кто пишет, что плакал, читая эти письма, скажите, в каком именно месте здесь пускать слезу? Я ждала чего-то действительно страшного - голода, холода, полной изоляции, ужасающие условия в сырых помещениях без света - и нет, ничего из перечисленного не было. Больше даже похоже на курорт, учитывая какой хаос был в это время в Петербурге и Москве.
Расстрел царской семьи - это другая тема и отдельный разговор. Думаю, они этого не заслужили. Но, что касается самого заключения и содержания - то оно более чем достойное и милосердное.
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментарии 31
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.