Рецензия на книгу

• 

  gipsylilya6 декабря 2012 г.

  Даже если бы я не была среди консультантов переводчицы, я бы прочла книгу, в которой среди героев - цыгане, ежу ведь понятно :)

  Рассказ в романе ведётся от двух лиц: полупольки-полуцыганки Марии и англиканского священника, её преподавателя, Даркура. Даркур в Марию влюблён, а она - нет, но роман совсем не об этом. Это живущее диалогами и исповедями героев почти медитативное, философическое повествование - именно философическое, именно медитативное, несмотря на то, что в нём фигурируют кражи, мошенничество, сексуальная распущенность, убийство и самоубийство. То, что в другой книге составило бы основу сюжета, здесь стало фоном, декорациями.

  Мария пытается войти в мир с собой. Сначала ей кажется, что для этого надо отречься от своего цыганского происхождения, будто тем самым очистившись; сначала ей кажется, что у неё с одним из преподавателей любовь. Сначала ей много чего кажется. Потом она вдруг понимает... всё. Ах, чёрт, нет смысла это пересказывать. Это сплошной интеллектуальный оргазм - для читателя искушённого, не ограничивающего себя скорыми детективчиками или приключениями ради приключений. И тем более дамскими романами - хотя главная героиня здесь красивая молодая девушка, которую хотят, как водится, многие, и заканчивается всё свадьбой, книга очень далека от любовного романа.

  Что касается цыганской части, очевидно, что автор вдохновлён книгой канадского цыгана-кэлдэрара Рональда Ли "Чёртов цыган", позже вышедшей под более политкорректным названием "Живое пламя" (Живинди яг). Он также почитал кое-что из истории, но, что гораздо хуже, он почитал модного "выдавателя цыганских тайн" Бакленда. В результате наряду с весьма колоритными и реалистичными описаниями цыганских характеров, быта, поверий мы обнаруживаем язык английских цыган вместо венгерских, менструальную кровь в чашке с кофе и тому подобные несуразицы, которые всякого истого кэлдэрара (я знаю, что говорю, я за одним из них замужем и знакома не только с ним) приведут в недоумение либо негодование. Однако в общем и целом "цыганская часть" мне понравилась.

  Больше всего меня удивило, что Мария - будто зеркальное отражение моей Лиляны (и, значит, меня) - дочь поляка и цыганки вместо полячки и цыгана, тяготеющая к нецыганскому миру вместо цыганского и так далее. На самом деле, польско-цыганские браки всегда были редкостью, хотя совсем без них не обошлось.

  11

  56