Рецензия на книгу

• 

  voyageur25 октября 2012 г.

  Постмодернисты будут в восторге, это точно.

  Это произведение наверняка потешит их сочностью и разнообразностью идей и мыслей, иллюзий и аллюзий, конструкций и деконструкций, смыслов и бессмысленностей - в общем, полном набором тех ярких и сумбурных философских игрушек, которых люди немало наплодили в двадцатом веке. Тут, при должном желании и достаточной интеллектуальной сноровке можно отыскать отсылки и намеки на немалое количество классиков литературы, психологии и философии.

  Идея сама по себе прекрасна: эдакая техно-психо-магия, машины, превращающие в реальность желания людей. Работает весь этот механизм на - как бы вы думали? - эротической энергии. То есть, на заводе куча людей радостно совокупляется, поставляя топливо для этой чудо-техники. Пока дядюшка Фрейд ехидно ухмыляется, можно обратить внимание на злого гения романа, вынесенного даже в заголовок - доктор Хоффман жаждет эмансипировать человечество, стирая грани между явью и фантазмами.

  Мне вот в книге увиделся тоже своеобразный путь героя к свободе - от тоталитарной запуганности смешения реальности и иллюзий, контрол-фрика в лице Министра и полицейской паранойи - к способности встать над своими желаниями и полному торжеству нового рацио. Между двумя точками пути - полный набор сюрреалистических приключений и размышлений, щедро заправленный эрото- и порноэлементами (да, дядя Зигмунд уже смеется во весь голос).

  Но, собственно, не Фрейдом единым. Очень живо и нестандартно Картер поупражнялась в социологических и этнографических студиях. Так, чего только стоит содержательное описание нравов, мифов и традиций речного племени, любовно и заботливо проработанное в деталях. Или же описание общины кентавров - не менее забавная деконструкция привычных человеку явления типа религии, семьи, общества, личности и прочего.

  Сам герой - будто Гулливер, попавший в слипстрим и мирно булькающий в такт творящемуся вокруг беспределу. У него свое помешательство - дочка доктора по имени Альбертина, сводящая героя с рационального и телесного ума. Поначалу ее образ прячется среди толпы, перетекает из персонажа в персонаж, пока окончательно не устанавливает контроль над безвольным уже ГГ. И как кульминация романа - преодоление этого контроля.

  А вообще, роман нарочито барочный, украшенный сотнями разных примочек и финтифлюшек в разнообразных стилях: готика, декаданс, похотливая античность (Вакх и сатиры как минимум), сюрреалистический экзистенциализм, эротический роман девятнадцатого века и изощренная порнушка двадцатого. А пока Фрейд продолжает истерически хихикать, можно найти еще с полсотни разных -измов и прочих стилистических влияний.

  Красоты получилось слишком много. Смысл (а он, очевидно, присутствует) оказался настолько обильно напудрен и напомажен, что растерялся и померк. Да, конечно, тут вам и Творец, и Создание, и Реальность против Иллюзии, Рассудок против Желания, и прочее-прочее-прочее. Однако, все эти игривые стилистические финтифлюшки слишком густо оплели изящный смысловой каркас романа, превратив его в эдакий экзотический куст-гибрид, порождение сексуально озабоченного философа-генетика.

  Так что машины желания ну просто реально аццкие!

  55

  432