Рецензия на книгу

• 

  Arlett8 октября 2012 г.

  У меня такое ощущение, что Господь в отместку за мою долгую карьеру мошенника решил устроить для меня какое-то космическое надувательство.
  

  Жизнь Томаса Шелла была если не размеренной, то, по крайней мере, определенной. Профессия кидалы высокого класса давала стабильный доход даже во время Великой Депрессии. Работа нервная, но творческая. Специализировался он на спиритических сеансах. Для успешного представления у него были два помощника, чемодан инвентаря и актерский талант. Богатые клиенты оставались довольны общением с усопшими родственниками и обеспечивали Шелла рекомендациями на благо карьеры. Будни Томаса и компании полны декаданса, сухой закон писан не для них, а Шелл (вообще красавец!) умеет рыгать бабочками, которых сам же и разводит (глубокий внутренний мир, ага).

  Каждый сеанс подразумевал огромную подготовительную работу по обработке клиента, сбору информации и монтажа оборудования для спецэффектов. На одном и таких сеансов вышла осечка. Шелл увидел в оконном стекле призрак девочки. От этого неожиданного видения матёрый мошенник так опешил, что чуть было не провалил всё дело, выручили помощники. В помощниках у него юный мексиканец (от его лица ведется весь рассказ) - его воспитанник и приемник - умело загримированный под индуса. И великан-телохранитель (запомните этот персонаж, на фоне общей картонности картины он отличается хотя бы трехмерностью и некоторой индивидуальностью)

  Всё можно было бы списать на усталость и нервы (у аферистов они хоть и железные, но всё-таки есть), если бы через два дня в газете он не увидел объявление о пропавшей Шарлотте Барнс, девочке из богатой семьи. С фотографии на него смотрели те самые глаза, которые он увидел в стекле. Томас принялся за расследование, причем совершенно безвозмездно (имеет место личный кризис). Помощники в шоке, но босса не бросают.

  Детектив с долей мистики и аферизма с группой мошенников в главных ролях и цирком уродов в эпизодах. Заманчиво и обнадеживающе. Первые признаки беспокойства появились почти в начале книги. Столь куцый язык еще допустим в сочинениях «Как я провел лето» ученика старательного, но без фантазии. Очень старательного и совсем без фантазии. Впрочем «лето» у него выдалось и в самом деле весёленькое. То бутлегеры накостыляют, то дядьки в черных костюмах из автоматов строчат. И первая любовь, а как же ж. К 200-ой странице действо окончательно превратилось в третьесортный боевичок. Сюжет. Ох, рахитичный бедняга… Он сопротивлялся как мог, но силы были слишком неравны, и его притянули таки за уши к концовке.

  71

  482