Рецензия на книгу

• 

  Melbourness8 февраля 2021 г.

  Библиоджунгли

  К "Саду" я подошла осторожно, обжегшись на "Женщинах Лазаря". Моя третья книга от Марины Степновой, и думаю, что последняя. Это не сад, это какие-то библиоджунгли, через которые я еле продралась. Но по порядку...

  Начинается повествование как раз бодро, весело, с любовью и огоньком. Князь и княгиня Борятинские приезжают в новокупленное имение, и там в еще не устроенном доме между ними вспыхивает последняя очень яркая искра любви. Точнее вспыхивает она в великолепном саду, где-то между сливами и ягодником. Как результат законных девять месяцев спустя на свет врывается (другого слова нет) Туся.

  Дальше автор достала пособие с описанием людей аутичного спектра, и начался полный бред в помещечье-патриархальных интерьерах. Маленькую Тусю Борятинскую пестует старый доктор Мейзель, бывший земский врач, переселившийся в усадьбу, разогнавший мамок и нянек и все делающий сам. Ну и мать Тусину еще к ребенку подпускает. Ну да, конечно! Его бы в лучшем случае пригласили осмотреть девочку, заплатили бы десятку да и отправили восвояси. И няньки от них французские увольнялись через одну. Извините, но эти все француженки-немки-англичанки к Борятинским, даже живущим в глуши под Воронежем, в очередь бы стояли. Они же нищие были, и ехали за длинным рублем в Россию. Бесприглядная Туся, валандающаяся на конюшне и поющая матерный частушки? Это бред, девочка из знатнейшей фамилии, мать фрейлина императрицы, отец с императором еще по молодости девок щупал и водку пил, никогда не осталась бы без присмотра. За ней наблюдали бы в десять глаз, и уж никак не Мейзель. Потом, видимо, пособие у писательницы открылось на синдроме Аспергера, ну а что, тема нынче модная. Сделаем Тусю бездушной, презирающей условности, прущей к цели как танк, но очень умной и трудолюбивой. Надо ее еще в Петербург свозить с целью жениха найти. Но девица на выданье с родительскими миллионами за спиной скромно отирает углы. А куда девались все охотники за приданным хотя бы? Ведь и их было немало, из хороших, но разорившихся фамилий. Ладно, едем мимо. Жениха изобретем, но скажите мне, зачем там семейка Ульяновых, к чему они в этой истории? Объем добрать? Ну и в конце, как апофеоз всего этого, на мои слезные железы надавили сценой с умирающей от рака старой княгиней Борятинской и вырубкой сада. Уважаемая Марина Степнова, Вы когда-нибудь видели как умирают от этой болезни? Нет там никакого умиротворения, есть только животный вой от боли, и мечта что бы пришла смерть. К этому месту моя душа уже давно устала болеть, продралась я через опушку библиоджунглей из чистого упрямства.

  Все, брат, прорвались, прямая дорожка,
  Вольное место, да в небе луна.
  Ты попридержи-ка лошадку немножко,
  Видишь, совсем заморилась она.

  Гарик Сукачев "Дорожная"

  Отдельно порадовал эпизод с молодым Мейзелем, который перестал различать цвета возле трупа выкинутого из окна коллеги. Помните, был такой фильм с молодым Брюсом Уиллисом "Цвет ночи"? Там в начале сцена практически один в один. Это я так, книжкой навеяло.

  Общее впечатление от книги осталось тягостное. Как-будто долго и нудно листала комикс из народных лубков на тему "Какой могла бы быть идеальная патриархальная умытая Россия во времена Толстого". И еще, утомительно читать (слушать), когда практически к каждому существительному приписано прилагательное или причастный оборот. Цветисто, развесисто, аж дышать нечем. Как в джунглях.

  Содержит спойлерыОткрыть

  9

  374