Рецензия на книгу

• 

  Kumade

  29 января 2021

  От пряжек и чулок — к рычагам и жезлам

  В климаксовой схватке с целибатом
  Запросто лишиться можно фор,
  Ибо к туфлям с пряжками аббата
  Синие чулки — не комильфо!

  Вот в такой печальной ситуации оказывается аббат Бирото, турский викарий, добродушный толстячок, любимец городской знати, жилец заветной квартирки в пансионе, являющейся частью соборного ансамбля и любовно обставленной его другом и предшественником. Помимо этой квартирки он лелеет ещё лишь одну голубую мечту — стать каноником. И вдруг в одночасье лишается обеих фор. И никто из сочувствующих знатных друзей оказывается не в силах помочь ему. Если бы только дело было в домовладелице мадемуазель Гамар, глупой и мстительной старой деве, обуреваемой климаксом. Но за ней стоит хитрый и амбициозный аббат Трубер, выказавший такие скрытые до поры потенциал и умение оперировать нужными рычагами, что никто ничего не мог поделать, опасаясь личных неприятностей, ибо «семейные обязанности стоят выше дружеских».

  Я вообще-то не люблю Бальзака, но не могу не отдать должное его наблюдательности и умению создавать колоритные типажи. Не нравится мне в нём то, что выводы, которые он делает из наблюдений подаются безапелляционно, не как гипотеза, а как истина в последней инстанции, причём глобальная. В «Турском священнике», в первой редакции, кстати, называвшемся «Холостяками», эта авторская особенность донельзя очевидна. Так, рисуя портрет мадемуазель Гамар, он выстраивает целую теорию характера всех(!) старых дев.
  

  
  Не одарены ли все старые девы особым талантом подчеркивать злобный смысл своих поступков и слов?
  
  … старые девы наедине с собой чувствуют себя в слишком дурной компании, чтобы не искать суетных удовольствий общества.
  
  … задолго до того, как пенять на себя за свое одиночество, старые девы винят общество; а от обвинения до желания отомстить — один шаг.
  
  Ревность — извечное чувство женского сердца; но старые девы ревнивы впустую, им приносит лишь огорчения эта единственная слабость, которую мужчины прощают прекрасному полу потому, что она льстит их самолюбию.
  
  Не зная, на что направить силы, вложенные в женщину природой, мадемуазель Гамар нашла им применение в мелких интригах, провинциальных пересудах и всякого рода своекорыстных кознях, — чем обычно и кончают старые девы.

  И так далее в доказательство «абсолютной бесполезности» синих чулок. Как по мне, весьма спорно — всё дело попросту в дурости и несамодостаточности. Но и сам Бальзак практически сразу отказывается от выстроенной теории в пользу новой.
  

  
  В città dolente старых дев встречается, особенно во Франции, немало таких, чья жизнь — это жертва, день за днем набожно приносимая благородным чувствам. Одни остаются горделиво верны тому, кого слишком рано похитила смерть; мученицы любви, они сердцем проникли в тайну, как стать женщинами. Другие повиновались требованиям фамильной чести (к стыду для нас, вырождающейся в наши дни), посвятив себя воспитанию братьев или сирот-племянников, и приобщились к материнству, оставаясь девственными. Такие старые девы проявляют высший героизм, доступный их полу, благоговейно посвящая все свои женские чувства служению несчастным. Они являют собой идеальный образ женщины, отказываясь от положенных ей радостей и взяв на себя лишь ее страдания. Они живут, окруженные ореолом самоотвержения, и мужчины почтительно склоняют головы перед их поблекшей красотой.

  Значит всё-таки есть область применения, помимо злобных козней, даже без ещё не вошедшей в моду эмансипации?

  Но и своему главному герою автор изменяет так же, как и знатные друзья оного. Думаете, он сопереживает ему? Думаете, восхищается умом баронессы де Листомэр, благородством её племянника или социальной мудростью покойного Шаплу и здравствующего помещика де Бурбонна? Как бы не так! Главный злодей Трубер — вот пример для подражания, вот кто удостаивается финальных дифирамбов и заслуживает жалости за то, что время не то, чтобы реализовать себя в полной мере, добыв достойный его жезл и ставши вровень с Людовиком XI, Григорием Гильдебрандом и Александром Борджиа.

  Однако, повесть прочитана с интересом и, несмотря на мою нелюбовь к Бальзаку, не стану отказываться от нового знакомства с ним, тем более давно уже «Утраченные иллюзии» томятся в хотелках. :)

  56 понравилось

  2

  265