Рецензия на книгу

• 

  varvarra

  27 января 2021

  Читайте русскую классику!

  Вдруг, словно вша, нападает на семью не то невзгода, не то порок и начинает со всех сторон есть. Расползается по всему организму, прокрадывается в самую сердцевину и точит поколение за поколением. Появляются коллекции слабосильных людишек, пьяниц, мелких развратников, бессмысленных празднолюбцев и вообще неудачников. И чем дальше, тем мельче вырабатываются людишки, пока наконец на сцену не выходят худосочные зауморыши, вроде однажды уже изображенных мною Головлят, зауморыши, которые при первом же натиске жизни не выдерживают и гибнут.

  "Головлята" - это слово звучит с оттенком жалости, словно к малым несмышлёнышам обращено, и как бы ни были неприятны основные черты вымирающих "зауморышей" - "праздность, непригодность к какому бы то ни было делу и запой" - нет-нет, и пожалеешь их, посочувствуешь...
  Салтыков-Щедрин настолько ярко изобразил эпоху накануне и после отмены крепостного права на примере одной семьи, что невольно погружаешься в это сонное царство безделья и пустословия. Уклад жизни помещиков, обстановка быта с нескончаемыми чаепитиями и игрой в картишки, нравственные аспекты семейных отношений - всё в книге интересно, но больше всего меня поразили портреты и характеры героев.
  Побил все рекорды в этом плане Порфирий Владимирович, о нём можно смело писать сочинение на десяти страницах. Образ Иудушки настолько живой и настоящий, что вызывал кучу эмоций. Иногда прерывала прослушивание, что можно сравнить с действием "ушла, хлопнув дверью", так надоедали его приторно-слащавые причитания. А какими словами описывает пустословие Иудушки Салтыков-Щедрин! "Праздномыслие/пустомыслие": герой не разговаривает, а тиранит, "срамословит", словами может сгноить, притеснить бесконечной "канителью нравоучительных разговоров", за его обычной благосклонностью нельзя различить - "хочет ли он приласкать человека или намерен высосать из него кровь"... Эпитетам и метафорам пустопорожней болтовни нет конца. В какой-то момент вдруг поняла, что долго не смогу спокойно слушать слова в уменьшительно-ласкательной форме, настолько опротивели все эти "смирнехонько да тихохонько", "вот теперь ты паинька", "и сладенького-то хочется, и веселенького, и приятненького"... Конечно, страшны не сами слова, а бездушная бездна, скрывающаяся за ними.
  Жуткий пример (подобных в романе много).
  Годовщина смерти сына, о которой сделана запись: "23 ноября. Память кончины милого сына Владимира. Покойся, милый прах, до радостного утра! и моли бога за твоего Папу, который в сей день будет неуклонно творить по тебе поминовение и с литургиею". (при этом Бог написан с маленькой буквы, а папа - с большой)
  Иудушка не только не вспомнил о "милом сыне", играя в карты, разглагольствуя о девичьей чести (при этом сам находясь в блудном сожительстве с девицей духовного звания) и обвиняя матушку о не доставшейся ему Погорелке, так при словах Арины Петровны о панихидке, тут же обращает своё упущение против покойного:

  
  
  — Вот тебе и на! — произносит Порфирий Владимирыч, — ах, Володя, Володя! не добрый ты сын! дурной! видно, не молишься богу за папу, что он даже память у него отнял!

  "Срамословие" Иудушки непременно первым приходит на память при описании Порфирия Владимировича, но есть у него и другой порок, не менее яркий и сатиричный. Любит Иудушка вести счёт, такой же пустопорожний, как и разговоры. Копеечные предметы стяжания часто затмевают основные доходы и расходы, и не даёт ему спать шкатулочка от чая, оставшаяся от маменьки племянницам. Или ведёт Иудушка сложное вычисление: "на какую сумму он может продать в год молока, ежели все коровы в округе примрут, а у него одного, с божьею помощью, не только останутся невредимы, но даже будут давать молока против прежнего вдвое".

  Сложно отыскать в "Господах Головлёвых" положительных героев. Одна независимая натура была среди них - Арина Петровна, да и та "холостая", так как могла видеть в детях только лишнюю обузу. И неудивительно, что все четверо (сыновья Степан, Порфирий, Павел и дочь Анна) уродились и выросли такими никчемными. Жаль внуков - Петеньку и Володеньку, внучек - Анниньку и Любиньку, выросших без любви, но умом понимаешь, что не из того они теста, чтобы выбиться в люди и стать самостоятельными...
  

  
  Бывают семьи, над которыми тяготеет как бы обязательное предопределение. Особливо это замечается в среде той мелкой дворянской сошки, которая, без дела, без связи с общей жизнью и без правящего значения, сначала ютилась под защитой крепостного права, рассеянная по лицу земли русской, а ныне уже без всякой защиты доживает свой век в разрушающихся усадьбах.

  Книга прослушана в замечательном исполнении Александра Клюквина, которому удалось донести до читателя всю трагедию господ Головлёвых эмоционально, живо, правдиво.

  87 понравилось

  0

  1K