Закрыв глаза
Рут Швайкерт
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Рут Швайкерт
0
(0)

Я закрываю книгу и чувствую будто в глаза натыканы булавки (из дамских шляп? с серебряными головками?)
Больно, колко, горько, неприятно.
Чуть ли не криком заливаешься: "Прекрати, остановись, довольно, хватит терзать мою душу".
Но глаза горят, сердце бешено стучится, пальцы лихорадочно перелистывают страницы.
А ведь ещё только взглянув на аннотацию, я уже знала, что будет нестерпимо горько всё это читать. Но мазохизм и книжный запой не довели меня до добра, и я упрямо, холодной ночью с комом сдерживаемых слез в горле продиралась сквозь это нагромождение искалеченных душ, изломанных судеб, разбитых надежд и отчаяния, отчаяния, отчаяния. Все несчастные, все обездоленные, все странные, брошенные, одинокие, преданные, все оступаются, падают, падают, падают. На каждой странице банальные катастрофы: письма без ответ, нерожденные дети, медленное схождение с ума, неприятие мира, неприятие себя и т.д. и т.п. Пока не начнешь во всем этом захлебываться и судрожно пытаться закрыть книгу. Нельзя писать такие книги, особенно так проникновенно и ярко.
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Рут Швайкерт
0
(0)

Я закрываю книгу и чувствую будто в глаза натыканы булавки (из дамских шляп? с серебряными головками?)
Больно, колко, горько, неприятно.
Чуть ли не криком заливаешься: "Прекрати, остановись, довольно, хватит терзать мою душу".
Но глаза горят, сердце бешено стучится, пальцы лихорадочно перелистывают страницы.
А ведь ещё только взглянув на аннотацию, я уже знала, что будет нестерпимо горько всё это читать. Но мазохизм и книжный запой не довели меня до добра, и я упрямо, холодной ночью с комом сдерживаемых слез в горле продиралась сквозь это нагромождение искалеченных душ, изломанных судеб, разбитых надежд и отчаяния, отчаяния, отчаяния. Все несчастные, все обездоленные, все странные, брошенные, одинокие, преданные, все оступаются, падают, падают, падают. На каждой странице банальные катастрофы: письма без ответ, нерожденные дети, медленное схождение с ума, неприятие мира, неприятие себя и т.д. и т.п. Пока не начнешь во всем этом захлебываться и судрожно пытаться закрыть книгу. Нельзя писать такие книги, особенно так проникновенно и ярко.
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.