Рецензия на книгу
Часть речи
Иосиф Бродский
kapa198911 января 2021 г."Он не первый. Он, к сожалению, единственный"
Такими восхитительными словами Сергея Довлатова о своем друге и по-совместительству великом русском поэте Иосифе Бродском, можно начать рецензию и, в принципе, сразу закончить. Так как, думается, что сказать более емко и правдиво о Бродском невозможно. Тем не менее, позволю себе некоторые размышления о творчестве поэта, в частности о его сборнике стихотворений «Часть речи» .
Бродский обладал удивительной способностью к описанию, как бытовых, так и совершенно метафизических явлений (хотя поэт и приравнивал метафизику к сплетням, считая их вещами одного порядка)), будь то пространство и время, память и душа. Все эти явления, он гениально нанизывает на стержень языка, который, в свою очередь и является центральной частью его стихотворений, который и создает определенную рифму, такт, биение. Язык – главный инструмент в руках поэта, а то, как Бродский умеет им жонглировать и применять, способно вызывать лишь восхищение. Сразу нужно оговориться, Бродский – ни разу не графоман, если вы хотите узнать о том, кто графоман в действительности, то «Красное колесо» Солженицына к прочтению всем тем, кто считает обратное.
«В Рождество все немного волхвы.
В продовольственных слякоть и давка.
Из-за банки кофейной халвы
Производит осаду прилавка
Грудой свертков навьюченный люд:
Каждый сам себе царь и верблюд» .
Дефицит, коммунальный быт «полторы комнаты» («полторы комнаты», в принципе трудно уместить в пространство стихотворения, поэтому не буду пытаться вместить этот гениальный стих в пространство рецензии), русская деревня (в которой Бродский провел годы своей ссылки). Бродский мог описать совершенно любое явление, о котором он хотел высказываться, а высказывался он гениально, причем всегда. В его стихах, всегда есть место тирану (собирательному или личному), он присутствует во многих его стихотворениях.
«Он здесь бывал: еще не в галифе –
В пальто из драпа; сдержанный, сутулый.
Арестом завсегдатаев кафе
Покончив позже с мировой культурой» .
Или.
«Холуй трясется. Раб хохочет.
Палач свою секиру точит.
Тиран кромсает каплуна.
Сверкает зимняя луна» .
Ну и конечно, всем известное.
«Свобода – это когда забываешь отчество у тирана,
А слюна во рту слаще халвы Шираза,
И хотя твой мозг перекручен, как рог барана,
Ничего не каплет из голубого глаза» .
Цензура и тирания заставляла гениев эмигрировать (а других и вовсе…ну вы и так все знаете), талант отказывались признавать на Родине, в чести были всевозможные союзы – художников, литераторов, которые были очень далеки от настоящего искусства (если не считать, конечно, искусством Соцреализм в картинах и литературе…). Тиран висел над каждым творцом «страшных лет России» (как писал, другой гений В.С. Высоцкий), не востребованность, безденежность, в конце концов, тюрьма и лагерь сломали судьбы и погубили жизни множества гениев…Поэтому ссылка Бродского – это спасение великого поэта, который стал гражданином и поэтом для всего мира. Отказался ли Бродский от звания великого Русского поэта, страдал ли? Тяжело ответить на эти вопросы искренне и по правде. Остается лишь искать эти ответы в его стихах.
«Я взбиваю подушку мычащим «ты»
За морями, которым конца и края,
В темноте всем телом твои черты,
Как безумное зеркало повторяя» .
Можно сказать однозначно, что эмиграция в 1972 году стала для поэта переломным этапом в его жизни. И будто, напророчивши сам себе, как бы разделяя свою жизнь на, до и после он пишет:
«Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
«Мы, оглядываясь, видим лишь руины».
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный»
Больше половины – почти 32 года в СССР, а другая – 24 года за рубежом (США, Италия)… Во всех трех городах, которые прошли красной нитью через его жизнь – Ленинград, Нью-Йорк, Венеция была вода (два моря и один океан), которая так вдохновляла поэта…
«Я родился и вырос в балтийских болотах, подле
Серых цинковых волн, всегда набегавших по две,
И отсюда – все рифмы, отсюда тот блеклый голос, вьющийся между ними, как мокрый волос» .
Именно рифмы и голос поэта, который сегодня, к счастью сохранился в записях интервью и чтений стихов, формируют у нас представление о гениальном поэте.
«За сегодняшним днем стоит неподвижно завтра,
Как сказуемое за подлежащим» .
С непревзойденным языком и …Частью речи, ведь даже от гения остается лишь память…и Часть речи…
«От всего человека остается часть
Речи. Часть речи вообще. Часть речи» .8891