Рецензия на книгу

• 

  silver_autumn

  3 августа 2012

  У меня к духам совершенно особое отношение. Я могу отказаться от новых одёжек, экономить на технике, да вообще на чём угодно, но выброшу бешеные суммы на духи. И выбирать их могу подолгу — только для того, чтобы найти один-единственный аромат. А ещё меня почти трясёт от восторга при виде старинных аптек или парфюмерных лавок: пилюли, притирания, диковинные смеси, странные технологии. Казалось бы, удивительно, что за «Парфюмера» я отказывалась браться так долго и упорно. Но меня смущало и количество читателей, и то, насколько «на слуху» стала книга в последнее время, и восторги подруги (правда, в адрес фильма), с которой в плане киношных и книжных вкусов мы не совпадаем от слова совсем. Но я ошибалась.

  Зюскинд с первой страницы бросает нас в грязный, пропахший потом, кровью и тухлятиной Париж девятнадцатого века, заставляет изваляться в грязи, пропахнуть этим ароматом и понять, где именно мы находимся с этой секунды. Потом он берёт нас за руку и начинает путешествие длиной в долгие годы: из сиротского приюта к работе по двадцать часов в сутки, в парфюмерную лавку, в семь лет одиночества, в двадцать пять убийств. Он рассказывает нам жизнь одного человека: рассказывает голосом самого Гренуя, голосом катящегося с вершины славы парфюмера Бальдини, голосом разбитого горем отца девушки — многими голосами. Он не оправдывает героя, не является судьёй или обвинителем, он просто рассказывает, давая нам понять.

  Мне лично, пожалуй, больше всего понравилась первая, парижская часть романа. Отчасти потому, что именно здесь наиболее сильна атмосфера, в которой запахи парижской клоаки безуспешно пытаются замаскировать дорогие духи; в которой каждый знает, что нужно для того, чтобы выжить (а лучше выжить и возвыситься), и делает для этого всё возможное; в которой человеческая жизнь — всего лишь разменная фигура и несколько монет. Это полное погружение: помои в канавах по сторонам улиц, напудренные парики пажей, выпавшие гнилые зубы и сифилис, королевские фейерверки, смрад годами не мытых тел, изысканные духи — и запахи, запахи, запахи… Как же я люблю такие полные погружения.

  Но, справедливости ради, стоит сказать, что и семь лет одиночества в горной пещере, и залитые солнцем просторы юга Франции, откуда каждый день приносят охапки цветов, чтобы выжать из них все жизненные соки — едва ли несколько флаконов эссенции — всё это объёмно, ярко, красочно и живо.

  А Гренуй… Что этот убийца, для которого всё в мире состоит из тонких нитей сотканных вместе и разделённых на составляющие запахов? Что этот человек, который во всём человеке ценит только его аромат, не имея при этом своего? Что этот гений, который может заставить людей боготворить любого, ведь для этого всего лишь требуется двадцать пять загубленных душ? Что Гренуй, который сам себе вершит правосудие? Зюскинд говорит, что это «история одного убийцы». Я говорю, что это история человека, наделённого необычайным даром и лишённого дара не менее важного. И я соглашаюсь с Зюскиндом. Прекрасный роман.

  25 понравилось

  2

  47