Рецензия на книгу

• 

  Jusinda19 июня 2012 г.

  Как трудно что-то писать об этой книге. Слишком личные впечатления, слишком разные эмоции - от восхищения текстом, где каждое слово на своем месте, каждое опредение так точно и метко, до горечи и сопереживания героям.

  Столько жизней, столько сюжетных линий, столько событий... Что это - история одной семьи на протяжении более чем сотни лет, на фоне бурного двадцатого века - войны, великая депрессия, постепенное обнищание и упадок?... или история двух влюбленных, вынужденных встречаться тайно, дороживших каждой минутой нечастых свиданий?... или это странный рассказ о слепом убийце и его жертве, о том, как девушка, не способная говорить, и мужчина, не способный видеть, полюбили друг друга на далекой планете Цикрон, что в другом измерении?...

  Все взаимосвязано, каждая история найдет свое место и они все-таки переплетутся вместе - в самом конце. И в самом конце призраки прошлого наконец отпустят Айрис - воспоминания, которые она хранила все эти годы, теперь хранит бумага, и кто-нибудь когда-нибудь прочтет их. И тогда снова оживут две девочки, неприкаянно бродившие по старому дому, тоскуя по маме, и раскрашенные фото в библиотеке, и бабушкин портрет над камином... самодовольная Уинифред в зеленых туфлях, Айрис - прелестная жена влиятельного мужчины, танцующая на палубе "Куин Мэри", мужчина, чье лицо осталось лишь на потемневшем фото, спрятанном в глубине старого чемодана, Лора - такая беззащитно юная, в школьном клетчатом галстуке, размышляющая о боге... И руки в белых перчатках, повернувшие руль автомобиля в пропасть, в отместку богу, который все же не сдержал обещания, не принял жертву.
  

  
  

  Она понимает, что он пытался привести постель в порядок – сменил простыни или хотя бы наволочку, расправил желто-зеленое шинилевое покрывало. Лучше бы он этого не делал: её сердце сжимается от жалости, будто голодный крестьянин предложил ей последний кусок хлеба. А жалости она сейчас чувствовать не хочет.

  
  Не хочет - но чувствует, так что не только сердце, но и горло сжимается от подступающих слез. Но сейчас это не важно, пока они еще вместе и "потом" не наступило, пока еще есть время, и он снова будет рассказывать ей свои странные истории о других планетах, словно сказку ребенку, чтобы она не видела грязных стен и ободранной штукатурки, пыльных занавесок и несвежих покрывал. И может быть в другом измерении слепому убийце и немой девушке все же удастся миновать пустыню и женщин, что мертвы уже три тысячи лет, с рубиновыми устами, лазурным кружевом растрепанных волос и глазами точно полные змей глубокие колодцы, спастись и быть счастливыми. Раз уж у них не получилось, может получится хотя бы у тех, других?.. Ведь так хочется верить, что
  

  
  

  посередке же бывает счастье? Между рождением и смертью?

  24

  81