Рецензия на книгу

• 

  Tin-tinka

  7 августа 2020

  О свободе и иллюзиях

  Интересная книга, которая вряд ли открывает что-то принципиально новое, но подкидывает темы для размышления и позволяет на привычные вещи смотреть под иным углом, причем как по вопросам личной свободы, так и о социуме в целом. В этом произведении автор не только анализирует причины, приводящие к отсутствию свобод в авторитарных системах, но и иллюзию свободы в демократических государствах.

  Писатель начинает свой обзор исторического развития человечества со Средневековья, рассказывает, как пугала людей растущая конкуренция, а зачатки капитализма, с одной стороны, делали людей более свободными, давали возможность проявить себя, своими усилиями добиться успеха, а с другой – индивид начал ощущать себя одиноким, «изолированным, подверженным чувству ничтожности и бессилия»
  Э.Фромм приводит интересное размышление о том, как процессы, происходящие в обществе, порождают новые религиозные учения, которые, в свою очередь, помогают приспособиться к новым принципам социального строя. С этой точки зрения автор анализирует возникновение протестантизма и сравнивает католицизм, кальвинизм и лютеранство:

  
  У католиков отношение индивида к богу было основано на принадлежности индивида к церкви. Церковь была связующим звеном между ним и господом и таким образом, в чем-то ограничивая индивидуальность человека, позволяла ему предстать перед богом в качестве неотъемлемой части некоторой общности, группы. Протестантство оставило индивида одного лицом к лицу с богом. Вера в понимании Лютера приобрела сугубо субъективный характер; у Кальвина столь же субъективный характер приобрела убежденность в спасении. Индивид, в одиночку стоящий перед могуществом бога, неизбежно ощущал себя сокрушенным и искал спасения в полнейшей покорности. Психологически этот духовный индивидуализм мало отличался от индивидуализма экономического: в обоих случаях индивид совершенно одинок, в обоих случаях он сталкивается с подавляющей силой, будь то господь, конкуренты или безликие экономические силы.

  Много внимания в произведении уделяется немецкому фашизму, психологическим причинам, по которым множество людей поддержало новую идеологию.
  

  
  

  Гражданин Германии, как бы ни был он чужд принципам нацизма, должен был выбирать между одиночеством и чувством единства с Германией, и большинство выбрало единство. Во многих случаях люди, не имеющие ничего общего с нацизмом, защищают нацизм от критики иностранцев, потому что расценивают ее как нападки на Германию. Страх перед изоляцией и относительная слабость моральных принципов значительной части населения помогают любой партии завоевать его лояльность, стоит лишь этой партии захватить государственную власть.

  Существенно было то, что сотни тысяч мелких буржуа, которые при нормальном ходе событий имели очень мало шансов разбогатеть или добиться власти, в качестве членов нацистской бюрократии получили большой ломоть богатства и престижа, поскольку заставили высшие классы разделить с ними этот "пирог". Другие, не вошедшие в нацистский аппарат, получили работу, отнятую у евреев и политических противников, а остальные — хотя у них не прибавилось хлеба — приобрели "зрелища". Они получили эмоциональное удовлетворение от этих садистских спектаклей и от идеологии, наполнившей их чувством превосходства над остальным человечеством; и это удовлетворение может — хотя бы на время — компенсировать тот факт, что их жизнь стала беднее и в экономическом, и в культурном смысле.

  Что касается капиталистических обществ, то писатель отмечает, что человек становится рабом капитала, продает не только товары, но и «самого себя и ощущает себя товаром»

  
  

  ...нет никакой уверенности в собственной ценности, не зависящей от его популярности и рыночного успеха. Если на него есть спрос, то он считает себя "кем-то"; если же он непопулярен, он и в собственных глазах попросту никто. Эта зависимость самоуважения от успеха предлагаемой "личности" объясняет, почему для современного человека популярность стала настолько важной. От нее зависит не только успех в практических делах, но и способность человека сохранить самоуважение; без нее человек скатывается в пропасть неполноценности.

  …современный человек находится в таком положении, когда многое из того, что "он" говорит и думает, думают и говорят все остальные. Пока человек не приобрел способности мыслить оригинально, то есть самостоятельно, не имеет смысла требовать, чтобы никто не мешал выражению его мыслей. Или еще: мы гордимся тем, что в своем образе жизни человек теперь не зависит от внешних властей, уже не диктующих ему, что делать и чего не делать. Но не замечаем роли таких анонимных авторитетов, как общественное мнение и "здравый смысл", которые так сильны именно потому, что мы готовы вести себя в соответствии с ожиданиями остальных, что мы внутренне боимся как-то отличаться от них.

  Помимо социальных вопросов, в этом произведении автор приводит множество информации о психологии индивида. Э.Фромм анализирует социальные характеры, выделяя разрушителей, конформистов-автоматов и авторитарный тип.
  И если с «разрушителем» все достаточно ясно, то авторитарный тип или несексуальный садомазохизм - неспособность вынести изоляцию и слабость собственной личности – весьма новое понятие для меня.

  
  Садист так же сильно нуждается в своем объекте, как мазохист – в своем. В обоих случаях собственное «я» исчезает. В одном случае я растворяюсь во внешней силе – и меня больше нет; в другом – я разрастаюсь за счет включения в себя другого человека, приобретая при этом силу и уверенность, которой не было у меня самого. Но стремление к симбиозу с кем-либо другим всегда вызывается неспособностью выдержать одиночество своего собственного «я».

  Также интересно было изучить и особенности конформистов-автоматов:

  
  …индивид перестает быть собой; он полностью усваивает тип личности, предлагаемый ему общепринятым шаблоном, и становится точно таким же, как все остальные, и таким, каким они хотят его видеть. Исчезает различие между собственным "я" и окружающим миром, а вместе с тем и осознанный страх перед одиночеством и бессилием…Отказавшись от собственного "я" и превратившись в робота, подобного миллионам других таких же роботов, человек уже не ощущает одиночества и тревоги. Однако за это приходится платить утратой своей личности.

  Писатель достаточно подробно пишет о том, что кажущееся нам собственным мнение, на самом деле просто повторение чьего-то авторитетного утверждения:
  

  
  Большинство людей убеждено, что если их не принуждает открыто какая-либо внешняя сила, то их решения — это их собственные решения, и если они чего-то хотят, то это их собственные желания. Такое представление о себе — одна из величайших наших иллюзий. На самом деле значительная часть наших желаний фактически навязана нам со стороны; нам удается убедить себя, что это мы приняли решение, в то время как на самом деле мы подстраиваемся под желания окружающих, гонимые страхом изоляции или даже более серьезных опасностей, угрожающих нашей жизни.

  Также в книге анализируется одиночество, скрытые и подавляемые эмоции, затрагивается тема любви и эгоизма.
  

  
  Эгоизм — это не любовь к себе, а прямая ее противоположность. Эгоизм — это вид жадности, и, как всякая жадность, он включает в себя ненасытность, в результате которой истинное удовлетворение в принципе недостижимо….
  …эгоизм коренится именно в недостатке любви к себе. Кто себя не любит, не одобряет, тот находится в постоянной тревоге за себя. В нем нет внутренней уверенности, которая может существовать лишь на основе подлинной любви и утверждения. Он вынужден заниматься собой, жадно доставать себе все, что есть у других

  Подводя итог, отмечу, что это весьма увлекательное произведение, позволяющее с нового ракурса проанализировать различные исторические события и современные тенденции, осознать иллюзорность современных свобод. Жаль только, что автор не может предложить реалистичной альтернативы текущей «несвободной жизни», ведь жизнь в государстве, воспитание детей в социуме изначально накладывает рамки, а его идея о спонтанном труде, который должен «быть творчеством, соединяющим человека с природой в акте творения», звучит как утопия.
  

  71 понравилось

  3,7K