Рецензия на книгу

• 

  Jasly

  11 апреля 2012

  
  Jasly – неизвестному адресату

  Видел, как наши отскочили с «Блэкберном»? Я чуть не поседел. А вратари что творят, скоро Суареса придется в раму ставить. Кубок смотрим в субботу? Маякни мне.

  Jasly – Торнтону Уайлдеру в Хэмден, штат Коннектикут

  2. (О «Теофиле Норте». Изложено в мартовской записке от 8 числа сего года)
  

  • (О розыгрыше одномастных коннекторов на постфлопе)
  • (Об изучении литературы в школе)
  • (О романе в письмах «Мартовские иды»)

    После «Теофила Норта» (да, собственно, уже в процессе) понял, что мои отношения с вашими книгами сложатся удачно. О «Норте» я писал ранее, повторяться не буду. Прочитав его, сделал перерыв в знакомстве с вашим творчеством: редко когда читаю одного автора подряд, да и слишком много всего запланировано.

    За «Иды» взялся после упражнений в английском – кажется, небезуспешных. Надо признать, что античная история – не самый мой любимый предмет еще со времен университетской скамьи. Тем не менее, чем дальше от золотых, как говорят, студенческих лет, тем больший интерес возбуждают темы, ранее казавшиеся скучными и недоступными. Конечно, теперь уже я вообще все забыл, так что вы счастливо избежите обильных упреков за исторические неточности, промахи, несуразности, домыслы и прочая. Насладиться подобного рода замечаниями можно, например, у одного британского блогера; направляю вам ссылку и копию текста приложенным файлом. Замечания в целом дельные и не лишены оснований, хотя по отношению к вымышленному тексту и смотрятся несколько несуразно. Внутренняя стройность и непротиворечивость произведения позволяет людям, которые, как и я сам, неблестяще знакомы с избранным периодом, получить от текста большое удовольствие, не спотыкаясь на сомнительных с исторической точки зрения местах. Конечно, я как историк не должен был бы этого писать, однако дырявая память порой служит на благо.

    В стилистическом отношении книга очень хороша, читается как убедительная мемуаристика или удачное издание выбранных писем. Дополняют картину всевозможные пометки и пояснения, весьма складно ложащиеся в текст. Образ Цезаря постепенно обрастает деталями, приобретает человеческие черты, наполняется красками и оживает. Кажется, это безупречный правитель, мудрый и обстоятельный в своих решениях, этакий полубог, а затем – это уже просто человек, которого терзают сомнения и ранят мысли о грядущем. Пожалуй, мои излюбленные места – дневник диктатора в форме посланий своему искалеченному другу Луцию Мамилию Туррину на Капри. Тот никогда не отвечает, а Цезарь все пишет, пишет, пишет.

    Кажется, что эти письма можно читать до бесконечности, но вот чем плох ваш роман, мистер Уайлдер: он преступно короток.

    P.S. Читал, что Беннетт Керф на встрече Американской ассоциации книготорговцев лестно отзывался о «Мартовских идах»: мол, в тот год вышло ровно три приличных романа – и ваш среди них. Другие были Норман Мейлер с «Нагими и мертвыми» (кстати, отметил себе) и, кажется, какой-то южноафриканец, имени я не запомнил.

    Jasly – жене

    Персик, Уайлдер отличный. Как я и говорил после «Теофила Норта», другие его книги мне наверняка понравятся. С «Мартовскими идами» - попадание, замечательный роман. Включи вайфай на киндле, перешлю тебе, почитаешь после Аткинсон.

  28 понравилось

  9

  150