Рецензия на книгу

• 

  ivan2543

  8 апреля 2012

  Наконец-то добрался и до этой книги. Идея возникновения новых богов в современном мире и их столкновения с реликтовыми богами древности показалась мне очень интересной. «Американские боги» - вполне достойное воплощение этой идеи, хотя и очень специфическое.
  По этой книге понятно, почему книги Геймана обладают культовым статусом в субкультуре готов. Сочетание мистицизма, мифологических образов и «неформальной», анархической атмосферы – вот мотив всего романа. Главного героя не случайно зовут Тень – его отношение к жизни напоминает девиз Скользящего из небезызвестной сказки Ильи Черта: «Скользи мимо всего касаясь и ни к чему не привязывайся». Мир уже однажды обманул его, подсунув вместо счастливого билета в долгую счастливую жизнь преждевременную и бессмысленную свободу одиночества в толпе. Трагическая гибель жены и друга и чудовищная новость о характере их отношений – словно бы навсегда стирает для Тени границу между добром и злом. С этого момента он становится готовым к любым неожиданностям и откровениям – что и нужно Среде-Одину.
  Образ Одина в этой книге – очень неожиданный. Мрачный и циничный, хитрый и расчетливый бог висельников совсем не похож на того Одина, которого мы можем помнить по фэнтезийным книжкам и сборникам скандинавских мифов для школьников. Признаться, у меня этот образ вызвал поначалу какое-то отторжение – хотя в публицистике Толкина мне уже приходилось натыкаться на упоминания Одина с эпитетом «некромант», что как бы намекает, что добродушный перумовский Старый Хрофт далек от прототипа. Что поделать, стереотипы живучи. Кстати, Один Геймана сильно напоминает Воланда (Вотана) из «Мастера и Маргариты»… но персонаж «Американских богов» человечнее – в смысле наличия слабостей.
  Боги-вампиры, питающиеся верой? Тема предельно знакомая – тут постарались Олди, для раннего творчества которых это чуть ли не один из главных мотивов. С Олди у Геймана больше общего, чем с Булгаковым. Боги Геймана, как и боги Олди совершают ошибки, плетут интриги, влюбляются… и умирают. Описания мистических видений главного героя также напоминают похожие места в книгах харьковского дуэта. В этом плане «Американских богов» любопытно сопоставить с романом Олди и Валентинова «Нам здесь жить» - появление новых богов, мир на грани гибели и полного катастрофического преобразования (похожие мотивы); жесткая современная проза с современным сленгом, ненормативной лексикой и почти шокирующими деталями (схожая стилистика). Однако общего при более пристальном взгляде немного – у Олди рассматривается возрождение древних богов новом качестве, как элемент спирального развития мира (хотя эта концепция более явно воплощена в «Бездне Голодных Глаз»), а у Геймана старые боги, на первый взгляд, обречены быть вытеснены новыми… хотя на самом деле, все, конечно, сложнее. Так что общего мало – но оно есть.
  Тень становится идеальной жертвой, почти богом – и легко вписывается в «божественные» игры. Но его отрешенность позволяет ему переместить свое сознание в те слои бытия, которые сокрыты даже от богов – и поэтому он не превращается в жертвенную пешку. В отличие от своего мифологического предшественника Бальдра, ему удается воскреснуть – и встать вровень с Отцом Всех. Попрощавшись с Лорой, тень убил в себе человека, расплативший заранее со смертью магической монетой, а на Иггдрасиле он убил в себе бога. Локальность его сознания, иллюзия идентичности была почти разрушена – если рассматривать ситуацию с буддийских позиции, то, возможно, Тень достиг просветления. Текст мира стал для него открытой книгой, в которой он и увидел все ответы. Поэтому в конце романа читателя ожидают ответы на все сюжетные загадки – причем ответы довольно парадоксальные.
  Многие читатели обвиняют главного героя в «бездушности», которая делает повествование «холодным». Но именно в этом и смысл его образа – ведь даже Лора говорит Тени, что он не мертвец, но и по-настоящему живым не был никогда. Путь Тени – это не дорога к смерти, но путь к воскрешению, обретению себя. Вообще, атмосфера одиночества, бесприютности – отражение настроений героев. Богам древности уже нет места в этом мире, новые боги не видят перед собой цели и чувствуют собственную противоестественность, являясь зеркалом пороков современного человека. Среди бессмертных и мертвецов перед Тенью стоит задача – стать живым.
  В целом, впечатление от романа «Американские боги» вполне положительное. Нилу Гейману удалось соединить множество смысловых пластов, соединив интеллектуальную прозу с увлекательностью триллера. Книга требует от читателя определенной эрудиции и знания английского языка – без примечаний многие моменты были бы и вовсе непонятны, но, к счастью, и перевод, и примечания – в новом издании все это выполнено «на высоте». Несмотря на присутствие в книге ненормативной лексики и откровенных сцен, она получилась удивительно романтичной и сказочной – в особом, холодно-готичном стиле.
  Единственная проблема этого романа – присутствие в тексте некоторых жестких и откровенных сцен, никак не помогающих пониманию авторской идеи. Пресловутая гомоэротическая сцена с таксистом-ифритом покоробила многих, но главная проблем, что этот эпизод в книге – ни к селу, ни к городу. Не сказал бы, чтобы в этом было что-то особо шокирующее, но эпатаж ради эпатажа, ради соблюдения«альтернативного», «неформального» статуса книги – это довольно глупо. Тем более , что мат, «жесть» и эротика на грани порно уже стали навязчивыми приметами современной прозы, и пора бы уже мировой культуре перерасти это.
  Достоинства книги:
  философия;
  атмосфера;
  увлекательный сюжет;
  множество культурных отсылок.
  Недостатки:
  откровенные сцена и мат, художественная необходимость присутствия которых в тексте местами неочевидны.
  Итог: отличная книга для любителей мифологии. Кто-то найдет в ней причудливую интеллектуальную игру, кто-то – захватывающий триллер. Она может показаться слишком жесткой, и даже чернушной – но это лишь отражение нашего мира, в котором все больше людей верят в телевидение и транспорт, и все меньше – романтичные древние истории. И пусть боги Геймана полны человеческих, слишком человеческих страстей – все равно, их почему-то жаль. Может быть, именно поэтому?

  18 понравилось

  3

  43