Рецензия на книгу

• 

  Kumade

  24 июля 2020

  Актуальное прошлое на любой вкус

  «Пошехонскую старину», итоговый роман Щедрина, без всяких преувеличений и ложного пиетета можно отнести к выдающимся произведениям. На основе отдельно взятой вымышленной (а скорее собирательной) волости, Пошехонья, автор создал всеобъемлющую детализированную картину русской провинциальной жизни в основном второй трети XIX века. Но для выдающегося произведения как раз свойственно то, что в описанных частных случаях в ограниченный период времени можно распознать и давнее прошлое, и настоящее на любой момент прочтения. Автор не только зорко подмечает самые существенные черты, но и приводит их в стройную и самодостаточную систему, сродни математическому трактату. И намёк в конце на то, что «продолжение следует», кажется небольшим кокетством — сказано всё! Трактату в хорошем смысле, потому что это настоящая литература! Книгу читал с огромным интересом, наслаждаясь великолепным языком, точными лаконичными характеристиками и буквально видя ситуации и их героев. Этому во многом способствовали и замечательные графические иллюстрации (портреты действующих лиц и некоторые сценки) в каждой главе, что отнюдь не умаляет мастерства писателя.

  Сама книга представляет собой роман-хронику, состоящую из отдельных глав-записок. Кстати, именно в жанре записок и начинал свой творческий путь писатель Щедрин (как Салтыков он был государственным чиновником, весьма успешным, а также ведущим сотрудником двух наиболее значимых журналов того времени: соредактором некрасовского «Современника» и редактором «Отечественных записок»). Автор этой хроники — некий пошехонский дворянин со значимой фамилией Никанор Затрапезный. Сам Щедрин, хоть и открещивается от автобиографичности романа, но автобиографичность налицо. Да и «редакторские» сноски выдают истинного автора. Скорее всего, писатель Щедрин не рискует назвать роман автобиографичным из-за привнесения в него собирательных черт и образов — тоже своего рода скромное кокетство. А может, такой отстранённостью государственный муж Салтыков следует тому же принципу, который несколько позже высказывал Ги де Мопассан:
  

  
  Не знаю, почему – вследствие ли эгоизма, злобы или всего вместе взятого, – но я не желаю быть связанным ни с какой политической партией, какова бы она ни была, ни с какой религией, ни с какой сектой, ни с какой школой, я никогда не войду ни в одну ассоциацию, проповедующую те или иные доктрины, не склонюсь ни перед какой догмой, ни перед каким совершенством, ни перед каким принципом, и все это единственно для того, чтобы сохранить за собою право отрицательных оценок…

  Повествование условно разделяется на четыре части: 1) родословная и детские годы; 2) портреты родственников; 3) портреты дворни и 4) портреты соседей. Кроме того каждая часть содержит главу, обрисовывающую картину в целом — тематический очерк. Причём портреты что называется исторические, ибо даны в развитии, буквально «от колыбели до могилы», и каждый — отдельная новелла, выстроенная по всем новеллистическим канонам. Это несколько лишает чтение «запойности», но никто ведь не торопит. А книга стоит того, чтобы её посмаковать. И даже хотя скупой рацион Пошехонья вряд ли придётся по вкусу гурману, сама книга весьма потрафит как любителю арбуза, так и почитателю свиного хрящика!
  

  56 понравилось

  0

  891