Рецензия на книгу

• 

  Femi18 июля 2020 г.

  Сыграешь мне на клавишах моей несуществующей души?

  Ночью ко мне не пришёл сон, когда я его ждала, потому я решила навестить Гофмана. Писателя, которого я случайно встретила в гостях у Человека, затем его фамилия стала преследовать везде, всплывая то там, то тут, выпрыгивая на меня без предупреждения. А после, уже перед самым моим походом к Эрнсту, оказалось, что его любил и сам Ф.М.Достоевский (как минимум — Ф.М., говорят, читал его всего и в оригинале, и на русском). И, открыв дверь в мир автора, я совершенно выпала из своей реальности.

  Мне понравилось всё. Пусть это пока лишь начало пути, домик где-то в мире Гофмана - будь то окраина, центр или подвал. Мне ещё лишь предстоит это выяснить. И домик этот крайне уютен, даже несмотря на всю ту губительную, словно язва, пугающую, ядовитую фобию, обвившую произведение словно плющ. И этот уют создан автором, у которого какой-то непостижимый для меня талант располагать к себе: он уважает своего гостя-читателя и старается для него, рисуя образы, возникшие у него в голове, тщательно подбирая слова, а также ведя диалог с путником, навестившим его мир.
  

  
  Не приходилось ли тебе, благосклонный читатель, пережить что-либо такое, что всецело завладевало бы твоим сердцем, чувствами и помыслами, вытесняя все остальное?

  А также этот домик весьма интересен не только по содержанию, но и по форме. Начинается всё с трёх правдоподобных до восторга писем. Одно из них я считаю "письмом по-Фрейду". Не из-за содержания, нет, из-за ошибки с именем получателя. Подсознание явно писало тому, кто письмо первым и прочитал. А далее экскурсию по домику уже проводил сам автор. И это было потрясающе.

  В домике мне встретились несколько персонажей.
  Клара. Рассудок. Холод. Логика. Но свет (даже имя вторит) и острый ум. В некоторых эпизодах с ней мне казалось, что я в каком-то сказочном мире, напомнившем мне миры Шекспира. Но здесь это было оправдано.
  

  
  В эту холодную душу не проникает ни один луч того таинственного, что так часто обвивает человека незримыми руками; она видит только пеструю поверхность мира и, как ребячливое дитя, радуется золотистым плодам, в сердцевине коих скрыт смертоносный яд.

  Коппелиус — персонаж-призрак. Представляется мне выглядывающим на тебя ночью из зеркал, рассматривающим и наблюдающим. Своими цепкими руками выхватывающий всё тебе ценное и родное, потому что ты не достоин. Перемалывающий одним своим присутствием всё детское, непосредственное и открытое миру. Одно его присутствие может довести до паники. Он куда хуже ночного монстра под кроватью, потому что его сила не в темноте и неизвестности, она в другом. Он, словно безумный пианист, сыграет на струнах твоего внутреннего мира на том, чего ты больше всего боишься.
  Ассоциации - очки, тень, липкие касания, злой смех, алхимия, заводные механизмы. И прямой, жестокий, презирающий себя же в тебе взгляд.

  Матушка — нежность и забота, но слабость и отсутствие достаточной опеки.

  Олимпия. Которую почему-то не хочется разделять с Натанаэлем - собственно, главным героем произведения. У них, среди прочего, был один странный и сказочный вечер. Поначалу, наблюдая за ними, мне показалось, словно именно безжизненный взгляд и притянул гг. Словно он боится живых глаз, излучающих жизнь, потому что ведь тогда их может забрать Песочный человек. Как и всё, что дорого Натанаэлю. А неживое забрать нельзя. Холодная рука, холодные губы, которые молодой человек якобы может и даже должен согреть. Какая-то странная... иллюзия любви. Бегство от себя и в фобию. Боязнь себя в себе.
  

  
  Проникнись мыслью, что эти чуждые образы не властны над тобою.

  Экскурсия по дому не заняла у меня много времени. Атмосфера персонажей, происходящего с ними и в них окунули в себя. То там, то тут возникали мои мысленные зеркала, страхи, попытки разобраться в причинах происходящего, а также в последствиях. Переворачивала я для себя трактовки и так, и эдак, и на сказочный лад внутреннего, и на реальный внешнего - как бы это могло выглядеть в настоящем. О чем тут? Смерти в сближении? Боязни привязанности? Или, может, о невозможности любить и быть любимым, если прячешь от себя что-то весомое... Порой казалось, что из домика этого я не выйду, но вышла. И, более того, уверена, что буду продолжать свой путь по миру Гофмана.
  

  
  Человеку, наделенному чувством и воображением, уготовано безумие и самоубийство. (с) из комментариев к "Песочному человеку"

  23

  552