Отзывы о книге Антихриста
alicetrip15 февраля 2012Жизнь в 16 - тяжкий труд. Как в "Превращении" Кафки: подростки (особенно, девочки) просыпаются однажды утром после беспокойного сна и обнаруживают, что превратились в ужасных насекомых. Скорлупа невинного детского тельца лопнула и появились на свет еще не обсохшие различия. У мальчиков - сломался звонкий голосок, у девочек - наметилась грудь или потекла первая кровь. В головах еще-совсем-недавно-детей начинают происходить не меньшие метаморфозы, чем с телом. Внутри вырастает острый клык, клык взросления, как зуб мудрости, сверлящий изнутри дикой болью. Самое первое столкновение с понимаем, что ты - одинок. Один в мире, в мыслях своих и, что самое страшное, ты одинок в своих страданиях. Но свое одиночество Бланш умела воспринимать с должной стойкостью. Была она девочкой из разряда насколько робких, настолько же и незаметных. Ни друзей, ни подруг, зато любимая комната с множеством книг. И никто не был нужен Бланш, и ничто не волновало ее, пока в ее с любовью отстроенный мирок, куда не проникало ничто, способное возбудить синдром переходного возраста, вдруг не вклинилась, бесцеремонно и безвозвратно, Христа. Волк в шкуре овцы. Страшное чудовище, скрывающееся за личиной обворожительной молодой кокетки, притягивающей к себе людей. Христа, с голодом векового заточения, набросилась на всех, кто Бланш окружал. Даже в школе, где Бланш ни с кем не общалась, Христа нашла способ уколоть девочку окружением, ранее ее не волновавшим: новоиспеченная "подруга" подзывала Бланш к стайке ребят ровно для того, чтобы Бланш могла почувствовать, насколько же она Неинтересна. И далее: удар за ударом. Христа захватывает комнату, родителей Бланш, ее тело. Одиночество, которое раньше означало единение с собой и приятное времяпровождение с книгами, стало означать одиночество как погружение в бездну, из которой, тяни руки или не тяни, никто выбраться не поможет. У такой истории, написанной с огромной любовью, оттого заставляющий в нее вживаться и ее чувствовать, как настоящее переживание, внезапно оказывается совершенно халтурный конец. Последние страницы читателю просто предлагают пройти на выход. "А как же это? А как же то?" - спрашивает читатель в непонимании. А Амели Нотомб как будто отвечает: "Не задерживайте очередь, у нас тут еще куча представлений". И вот, читатель, вытолканный последней страницей за пределы книги, читатель в лице меня, не знает, что и думать. Как относиться к этой книжечке, небольшой, но такой проникновенной почти на всю ее длительность и так по-глупому обрывающейся. В общем, решила я так, прочитав 6 книг Нотомб: "Словарь имен собственных" - выстрел в лесу, настоящий и пробивающий, а остальное - так, его эхо. Как писательница Амели Нотомб все-таки совсем не глубокая и экстраординарная натура, просто удачливый путешественник по миру, собирающий свои заметки в небольшие повести, которые издатели пытаются растянуть на целые книжки. В ней нет чего-то такого, важного. Не первый раз она, как ребенок, наигравшийся с лего, уходит кататься на велосипеде, совершенно забыв про недостроенный дом.
88 понравилось793
Комментарии 6
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Мне эта книжка у Нотомб понравилась больше всех. А "Словарь.." особо не впечатлил. А обьяснения лжи Христы, на мой взгляд, сделали бы историю слишком разжеванной и лишили бы персонаж Христы именно этого свойства антипода. Если бы Нотомб дала Христе веский повод для подобного поведения, то она перестала бы казаться такой порочной, возможно, что её даже бы пожалели...и это испортило бы идею.))
Нууу! Почему хоть не дописана? Имхо - концовка шикарная! И не так уж Бланш проста...
Небольшая история - вроде бы даже, я бы сказала, слегка не дописана. Что-то в ней есть - может быть отражение воспоминаний собственной угловатой юности =) Отличная рецензия, спасибо!
А мне у Нотомб, кроме "Словаря..." еще очень "Страх и трепет", "Серная кислота" и "Токийская невеста" понравились.