Отзывы о книге Дознание
Anastasia24610 мая 2020Страшно, грустно, но это - жизнь, и это было...
Форма самого литературного произведения удивительным образом совпала и срезонировала с его содержанием. Это пьеса, в которой, как известно, реплики сразу указываются после лица, их произносящего. Что это напоминает? Протокол – такой привычный вид информационного-справочного документа, с его традиционными СЛУШАЛИ, ВЫСТУПИЛИ, ПОСТАНОВИЛИ и дальше по пунктам…(И хотя прием не новый, достаточно вспомнить пьесу "Одноклассники" Слободзянека, тем не менее впечатляющий)
Так кратко все перечисляется в этом протоколе (допрос подсудимых и свидетелей, речи защитников и обвинителей), а ведь в этом, в этих строчках вся жизнь, боль, ужасы, унижения и страдания несчастных людей…Так кратко, так сухо освещаются события прошлого, но слезы наворачиваются на глаза, когда читаешь о том, например, как начальник концлагеря ударяет младенца головой о бетонную стену и затем спокойно говорит своему помощнику, показывая на стену: «Уберите тут»…И из таких описаний состоит вся пьеса, которая читается от этого невероятно тяжело. Страшно и жутко от того, что во время чтения понимаешь: это все было. В голове не укладывается весь этот ужас: постоянные избиения, издевательства, опыты над людьми и… Допрос превращается в фарс. Судя по нему, никто ведь так и не признал свою вину. На скамье подсудимых охранники лагеря, начальник, подчиненные. И все оправдываются с усмешкой и ехидством: «Я? Да что вы? Я и оружия в руках не держал…Как я мог ударить кого-то?»
О б в и н и т е л ь Господин свидетель, считаете ли вы возможным, чтобы адъютант коменданта лагеря не был осведомлен о том, что делалось в крематориях? Се д ь м о й с в и д е т е л ь Нет, я считаю это невозможным. Каждому из шести тысяч сотрудников лагерной администрации было все известно, и каждый на своем посту делал все от него зависящее для того, чтобы система работала. Каждый начальник эшелона, каждый стрелочник, каждый служащий станции, которые имели дело с транспортами людей, знали, что происходит в лагере. Каждая телеграфистка и машинистка, передававшая или печатавшая приказы о депортации, знали об этом. Каждый отдельный чиновник в сотнях и тысячах учреждений, связанных с лагерем, знал, что там творится.
Знали все и молчали. Никто не притронулся, чтобы убить, никто не пришел, чтобы спасти…
Так кто же все-таки убил этих людей, пытал их зверскими способами – сами , получается…
Грустный финал пьесы, потому что нет здесь пресловутого пункта ПОСТАНОВИЛИ…
Для тех, кто убивал, - жизнь продолжается; для тех, кто убит, - уже прошла, окончилась в страшных муках. Понес ли кто-то за это реальное наказание – судя по пьесе, нет…
162 понравилось1,7K
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментариев пока нет,
ваш может стать первым