Рецензия на книгу

• 

  zhuzhar20 января 2012 г.

  Затея книжки (современный мир глазами древнего китайца) интересна, а точнее занимательна. Но мысли автора настолько поверхностны и ординарны, что сначала кажутся наивными, а потом (при неустанном их повторении) глупыми.

  Эти бесконечные (пусть даже с оттенком сатиры и вроде бы из уст китайца 10 века) фразочки "будущее - бездонная пропасть" и что-то вроде "для большеносых новое всегда лучше старого", "большеносые сами не знают ответы на эти вопросы", "жизнь большеносых и весь их мир неумолимо движутся к своему концу", обвинение государства во всех проблемах человечества, нуднейшие описания запада и востока (общественно-экономического строя и политических систем) и даже краткое изложение их истории, а также некие обобщения и сомнительные афоризмы, - всё это меня ужасно раздражало. Автор (да, именно он - никакого китайца на самом-то деле) на протяжении всего повествования только и делает, что "подмечает" проблемы, которые все уже давно подметили, мусолит их, не умаляя патетического тона, а в конце делает одно и то же заключение, мол, мир катится в пропасть (бездонную), не предлагая никаких решений (что само по себе не беда), обобщая все явления до безобразия, но главное - делает это, может, и смешно (местами), но НЕОСТРОУМНО.

  Ситуации, в которых оказывался "бедолага-мандарин", иногда были забавными, и только они скрашивали "роман". Вообще, во время чтения меня не покидало ощущение, что автор пишет "обо всем об этом" с каким-то снисхождением и напыщенностью, видимо, довольный своими гениальными изысканиями. Оцените оригинальность мысли и образов:
  

  
  

  Мы живём настоящим, а настоящее - это всего лишь миг. Но миг тут же проходит, уходя в прошлое, а прошлое существует лишь в воспоминании. Воспоминание же непрочно. Со временем оно становится зыбким, потом тает и исчезает. Воспоминание - единственное, что остаётся нам от ушедшего настоящего; если о нём не вспоминают, то его всё равно что не было вовсе.

  
  

  Спасибо, г-н Розендорфер, за то, что открыли глаза на этот (обреченный скатиться в бездонную пропасть) мир.

  10

  48