Рецензия на книгу

• 

  nelakovaya

  17 апреля 2020 г.

  Мудно это всё. Чудо, фантазия... В любом случае — хрен отымешь.
  

  Павлу Селукову около тридцати, он вырос в Перми на правом берегу Камы, теперь пишет рассказы. Мне тоже около тридцати, я тоже выросла в Перми на правом берегу Камы, теперь читаю его рассказы. Может показаться, что у нас должно быть что-то общее, и рассказы должны во мне вызвать ностальгию, узнавание, острое чувство сопричастности. Но... нет вообще.

  Пермь, а точнее — Пролетарка и прилегающие районы с правого берега — предстаёт в рассказах Селукова как город алкоголиков, откинувшихся зеков, полуграмотных разнорабочих, город воров, насильников, убийц. Даже в рассказах о подростках — та же маргинальная среда. Поэтому если во мне что-то и покалывало узнаванием, то только места — Коммунальный мост, коттеджный посёлок на Пролетарке, напротив него — автосалон, мимо этих декораций я ездила в «город» несколько лет.

  Я выросла чуть дальше, в Закамске, на Водниках, которые в одном из рассказов поминаются. Читаю, и становится страшно, как же я выросла в таком ужасном месте, и всей этой изнаночной жизни даже не заметила. Потому не мне судить, насколько правдиво и точно Павел Селуков вывел характеры, истории и язык этой среды. Я там не была, я не знаю, как там, да, если честно, и не хочу знать.

  Однако даже серо-буро-малиновую российскую мерзость можно живописать, два-три точных штриха, и сразу картинка перед глазами:

  
  Солнце висело в телогрейке туч. Почиканные тополя добавляли пейзажу безысходности.
  
  
  Осень. Сплю, как заколоченный. Небо превратилось в непобеленный потолок. За окном пермскость.
  

  Тут и феня, и инвектива, и настоящая поэзия — всё вместе, сочетания, порой, такие дикие, что слова действуют как пощёчины. Автор вообще умеет выбить дух из читателя, почти каждый рассказ кончается так, что хватаешь ртом воздух и жалобно глядишь в потолок. Тяжело читать толстую книгу, в которой каждые пять страниц — и удар под дых.

  Тем не менее, большинство рассказов заканчиваются, как бы это сказать, справедливостью. Причём справедливостью, как у Данилы Багрова — когда гора трупов за спиной, но вроде бы всё по правде сделано. После некоторых даже остаётся вполне светлое, гармоничное чувство, когда в паршивом мире хоть что-то встало на свои места.

  Сначала меня это несколько примиряло с книгой, но к середине силы мои кончились, хотелось только помыться и отдышаться. Не пойду больше Селукова читать, не мои это воды, чужая я там, и своей становиться не хочу.
  -----

  20 понравилось

  592