Рецензия на книгу
Голем
Густав Майринк
mireillerosset14 декабря 2011 г.Книга пролетела за два часа, практически не задев хитросплетений мозга.
Что голем, что мечущаяся паства, что мессианство? Толпе подавай детективчик, и требование успешно выполняется.
Другую, скрытую радость уже находишь, находя и чувствуя то, что спрятано поглубже. Перед тобой ракрывается, как детская картонная книжка, которую надо разворачивать, раскрывается и расступается, проползая под твоими ногами по земле, одевая ее в новую кожу, новая, совершенно до этого не знакомый тебе улица, вся в дыму пражских фонарей, медленно выстраиваются кирпичные стены, и ты уже видишь этот мрачный коридор, заканчивающийся погребом, где висит предательски флажок Вассертрума, ты видишь комнату ювелира, и решетку на комнате без входа, и гранитный камень подоконника, скользкий, будто кусок сала, и водосточную трубу возле него. Эти непримечательные детали настолько необычны вкупе, что немедленно врезаются тебе в память и собой вытесняют клочок внутри твоего сознания, прочно пуская корни в твой мир. Твой мир - это понятие для аутистов и шизофреников, не задумывайтесь над этим, это Не фейрилэнд. НО! Это касается лишь описательного, даже моего личного-женского-чувственного, в остальном (хронотоп, композиция) у произведения остаются некоторые проблемы.
Грустное произведение, еще грустнее оттого, кому оно кажется интересным и по какой причине.
Хмурое еврейское гетто, но в нем замечательные страсти, каждая из которых тисками сжимает волю, хорошо описана одержимость, безумное наваждение тщательно скрываемой ненависти или похоти.
Герой - мечется, сублимирует то об одной, то пламенно взывает к следующей, всех теней шарахается. Но мне нравится этот сон длиной в тысячелетия, мне нравятся бесчисленные метаморфозы и испытания, преследующие его. Параллель с гессевским Демианом, Именем розы Умберто Эко прослеживается. Тот же лейтмотив лестницы из "Преступления и наказания" Достоевского.
Конец порадовал. Читали - а здрасте вам! Напоминает финал булгаковского "Мастера и Маргариты", когда восходит полная луна.
Закрылись ворота с гермафродитом, въявь уже додумывать собственную историю.
Финал смят и выброшен в мусорную корзину.
Однако нравится кольцевая композиция, книга пронизана множественными аллюзиями, намеками, их оттенками, находящими в следующих главах свое подтверждение. Все вернулось на круги своя, кроме толпы, ищущей, ожидающей появления голема, как и собственного очищения, высшего, выныривающего на несколько часов над пьянью и похотью кирпичного квартала.641