Рецензия на книгу

• 

  BlackGrifon19 декабря 2019 г.

  Сожри врага своего

  Сиквелы дело на редкость неблагодарное. Тебя непременно будут сравнивать с оригиналом. И поделом – нечего жить старым жиром и набирать очки популярности у слепой публики. Романы Джона Уиндема и Саймона Кларка даже сравнивать не приходится. И пусть второй в литературном отношении мастеровитее (за что, видимо, и премия), сильно проигрывает идейно.

  Воплощение замысла в 2001 году малоудачно уже тем, что полвека, разделяющие написание двух произведений, губительно. Уиндем писал так, будто катастрофа случилась завтра. И начинать продолжение спустя всего лишь несколько лет после тех событий – значит, уже непременно фальшивить. А потому «Ночь триффидов» чрезвычайно похожа на дамские романы, в которых литературные негры подделываются под якобы утонченные интерьеры прошлого. Начинается всё как банальный боевик, перерастающий в банальную антиутопию, низкопробное подростковое чтиво.

  При этом Кларк знает технологию изготовления, отрабатывая процесс с токарной точностью. В экспозиции есть загадочное природное явление, которое лавиной ужаса накатывает на всех обитателей мира (правда, оно быстро проходит и почти без последствий, отрабатывая только завязку). Главный герой Дэвид, без всяких случайностей сын предыдущего главного героя, точно так же испуганно шарахается по помещению, пока действие не устаканивается. Кларк повторяет тот же искусственный прием – рассказ ведется от первого лица (как бы записки спустя время), но рассказчик водит читателя за нос и нагнетает саспенс, сам в восторге от своего «литературного» дара. Точно так же триффиды у Кларка служат нагрузкой к основным событиям межчеловеческих конфликтов. И по законам индустрии, триффиды у него начинают плавать под водой, вырастают в подземельях до немыслимых размеров и ведут себя как в третьесортных ужастиках.

  И тут писатель допускает главную ошибку – двойные стандарты. Сложно сомневаться, что Дэвид и всего его друзья – положительные персонажи, герои, спасающие остатки человеческой цивилизации, еще более одномерные, чем у Уиндема. Его Дэвид постоянно признается в отвращении, которое испытывает к триффидам, к их способности эволюционировать, называет их убийцами. Но ведь бегающие растения – просто хищники, которые не убивают ради жажды убийства, они только охотятся, чтобы есть и жить. Люди же палят по триффидам из ружей, жгут напалмом, давят, загоняют в резервации и тоже жрут (причем, как выясняется, благодаря этой жратве приобретают вполне полезные свойства). Тогда почему триффиды воспринимаются как катастрофическая угроза, агрессоры, желающие поработить мир? А бездумно гадящий, перерабатывающий триффидов в топливо человек – хозяин на планете? Эта позиция чрезвычайно раздражала при чтении. Ведь основной пафос романа в том, что есть тиран в худших традициях клишированных антиутопий, который мечтает о безграничной власти, держит рабов в гетто и позволяет части своих поданных жить в неописуемой роскоши (тут Кларк пересолил, для постапокалиптического мира-то). И есть кучка революционеров, которая мечтает построить социализм на отдельно взятом острове, вооруженная и очень опасная. Но при этом до гимна благородная. Естественно, империей зла у Кларка выступает Нью-Йорк, неспящий мир отвязного капитализма, тогда как Британские острова – утопия и идиллия. От имперцев слышу, как говорится. А еще Кларк испытывает расистскую подозрительность к алгонкинам, которые в романе сосуществуют с триффидами.

  Кларк даже не постеснялся сентиментального финала, который российскому читателю может напомнить социальную рекламу 90-х «Дима, помаши рукой маме!» Когда у хороших героев становится до одури все плохо, является толпа слепых обитателей Нью-Йорка, родители солдат тирана Торренса. Солдаты бросают оружие, а несостоявшегося властелина мира уводят под белые рученьки.

  Конечно, «Ночь триффидов» - спекуляция на полувековой популярности романа Уиндема, отрабатывающая, по-видимому, специфические британские амбиции и рассчитанная в первую очередь на молодежь. Убийственная серьезность на грани с политической пошлостью.

  14

  988