Рецензия на книгу
Sérotonine
Мишель Уэльбек
therealstanly19 ноября 2019 г.В конце концов, я декадент, а не греческий сельский пидо*
Хотел было написать, что во время прочтения книги я настолько часто закуривал сигарету, что моя пепельница едва сносила унижение, помалкивая с полным ртом окурков и горького пепла. И если бы курил, то непременно написал, но для большего погружения в рецензию представим, что так и было.
Как и всегда, Уэльбек восхищает своими навыками рассказчика. С первых страниц книга затягивает словно внезапно налетевший ураган — так же быстро и так же неожиданно. Кажется, что буквально пять минут назад ты пытался понять, почему же Флоран-Клод так недоволен своим именем (да простят мне моё незнание Клода Франсуа), и вдруг ты отвлекаешься на подавившуюся окурком, подобно тайской эскортнице во время феляции, пепельницу; вытряхиваешь её, пытаясь не запачкать всё вокруг пеплом — ещё недавно бывшим табаком, бумагой и чем-то ещё; возвращаешься к книге и понимаешь, что ты уже на середине. Вот здесь-то ты полностью сливаешься с героем — студентом Агро в прошлом, чиновником с солидным достатком на мерседесе G-класса, несостоявшимся мужем, старым толстяком, в конце концов, "декадентом, а не греческим сельским пидо*ом", который всю свою жизнь боялся опустошенности и наконец понял, что, в общем, нет никакой причины существовать дальше. И ты проникаешься этим бесконечным одиночеством, вселяющим в душу мучительное ощущение беспомощности и безнадежности — той самой, которую испытывает герой в тщетных попытках вызвать эрекцию после капторикса — ингибитора обратного захвата серотонина 5-HT1-рецепторами нейронов.
Браво, Мишель!
На мой взгляд, "Серотонин" — это роман, уместивший в себе, подобно чемодану со всем земным достоянием героя, всё самое прекрасное из творчества позднего Уэльбека, несмотря на то, что линии с педофилом и фермерами прописаны как бы между делом и для провокации. Автор наводит зеркало на Европу, в котором вместо красавицы-аристократки отражается сорокашестилетний мужик с обвисшим членом, промотавший всё наследство на вечно манящую, но никогда не выполняющую своих обещаний Надежду счастья.
Как писал Кюстин, обилие молока порождает вооруженные бунты фермеров, а обилие гормона счастья - импотенцию.11854