Рецензия на книгу

• 

  TetianaZbltna

  3 ноября 2019

  Телеграм канал: readeress.

  Я вообще-то не очень верю в брак, поскольку убеждена, что те малочисленные примеры счастливых семей, которые мы наблюдаем, во многом симулятивны. Потому что всем приходится адаптироваться к трудностям, не имея возможности сопоставить то, что имеем с тем, что могли бы иметь при альтернативном развитии событий.

  Так или иначе, оказываясь в плотной связке с другим человеком мы жертвуем своей самобытностью, надеясь взамен получить единство, быть услышанным и оцененным. На деле начинается процесс поглощения и растворения личности, как только партнер исчерпывает свое любопытство, чувствуя, что полностью нас познал. Здесь мы включаемся в борьбу за свою самость, оскорбленные обманутыми ожиданиями.

  Это подводка к исследованию Басинского “Лев Толстой: Бегство из рая”. Вся книга, собственно, и посвящена этой самой борьбе внутри семьи Толстых.

  Басинский показывает, как идиллическая любовь гения и восторженной женщины перетекает в болезненную вражду за право жить сообразно своим представлениям о том, что правильно.

  Это вечный неизменный конфликт, преследующий каждого, кто решил разменять единство на соединение - отношения требуют компромиссов, необходимости учитывать интересы людей, с которыми ты оказываешься кровно связан. Большинству из нас есть мало чем жертвовать, поскольку не все склонны, как Заратустра, отрицать и переизобретать моральные ценности. По счастью, мы в основном оказываемся в той же ценностной плоскости, что и партнер. Льву Толстому в этом плане повезло гораздо меньше.

  Одно дело, когда необходимо пожертвовать во имя семьи карьерными возможностями, частью личной свободы или эротическими фантазиями. Совсем другое - пытаться сломать систему, будучи в плотном кольце людей, этой системе подчиняющейся и критически ее не осмысляющей. Хочется как бы крестьян освободить, хочется раздать имущество бедным, хочется аскетично бродить по степям, а здесь жена и тринадцать детей, которые решительно против.

  Но, откровенно говоря, Лев Николаевич вызвал у меня мало сочувствия, потому что с ним довольно сложно солидаризироваться. Гораздо любопытнее было наблюдать, как выбарывала свое право быть видимой Софья Толстая, чьи утопические представления о семейной жизни разрушились с грохотом, поскольку строились на иллюзии возможности неизбывного служения. А кто вообще может представить себя в роли вечного жертвенника, кладущего себя на алтарь и остающегося при этом неоцененным и истраченным?

  Читая, я все вспоминала бартовские “Фрагменты речи влюбленного”. Отношения Толстых прекрасно встраиваются в его структуры:

  “Быть аскетичным
  
  ...
  

  • Аскеза (поползновение к аскезе) адресована другому: обернись, взгляни на меня, посмотри, что ты со мною делаешь. Это шантаж: я предъявляю другому символ моего собственного исчезновения, такого, каким оно наверняка и произойдет, если он не уступит (чему?). “

  
  
  “2. Атопичность другого: я подмечаю ее у него на лице каждый раз, когда читаю там его невинность, его великую невинность: он ничего не знает о том зле, что мне причиняет, — или, чтобы избегнуть лишнего пафоса, о зле, что он мне делает. “

  Мы видим, как Софья Андреевна буквально сходила с ума все годы, оказавшись в изоляции и одиночестве, вынужденная бороться за благополучие семьи против собственного мужа, влекомого идеями и оторванного от реальности. Единственным доступным ей инструментом было психологическое насилие - скандалы, угрозы, шантаж самоубийством.

  Это оказывается сказкой о любви с вполне реалистичным концом - все ненавидят всех, плетут интриги, делят деньги и не желают слышать никого кроме себя.

  А Лев Николаевич бежит, пытаясь сохранить остатки самости, оставив нам в назидание всю свою жизнь.

  7 понравилось

  436