Последний окножираф
Петер Зилахи
0
(0)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Петер Зилахи
0
(0)

Совершенно не понимаю, что восхитительного нашли в этой книге, чтобы оголтело переводить на 14 языков. При том, что сама поставила 8 из 10, а могла бы и 10. Если бы текст был хоть чуть-чуть понятнее. Очень личный поток сознания, осложнённый балканским задором, имперскими огрызками и событиями, мутно освещёнными в новостях в те времена, когда меня еще интересовали мультики и хоббиты. Продиралась сквозь слова, как через бурелом, вся в колючках.
Название, кстати, самое простое, что есть в книге. В русском варианте это звучало бы как Последний Аистяблоко, или что-то в этом роде, слово на первую букву алфавита и слово на последнюю букву.
Первое время я вообще не понимала, что читаю - такой винегрет, чёрт ногу сломит. Венгерский журналист-писатель приехал в Белград, чтобы поучаствовать в революции, почувствовать изнутри, как ломаются строй, быт, история и люди. При этом он постоянно плавится в коллективном австро-венгерском бессознательном, клочки имперского мышления и жажда нового здорового будущего смешиваются с Азбукой (где все мы слово Родина впервые прочитали по слогам) и пёстрым разнообразием протестующих. Крайне сложно понять, что хотел сказать автор среди этого мельтешения. Это такой очерк, срез, зарисовка настроения; с болезненными трещинами, кракелюрами памяти, подвесными мостиками ассоциаций, параграфов из учебников и адской реальности.
Почему же в итоге я оценила книгу намного выше среднего? Да очень просто. Сравнение и зависть. И через них бОльшее понимание того, о чём рассказывает автор.
Я не очень интересовалась событиями, разбившими Югославию на кусочки. То немногое, что знаю, почерпнула больше из художественных фильмов. И в основном истории касались Косово, и были они страшными. Честно говоря, о революции в Белграде я вообще не слышала (забавная ирония, родилась и выросла на улице Белградской). И даже понимаю почему. Она такая бархатная... До слёз. Хотя вроде бы и столкновения были и били кого-то, и кровь брызгала в кофе.
Но девушки заигрывали с омоновцами, дёргали их за жилеты, носили им булочки, танцевали с ними. Мужчины были строже, суровее, сочиняли дразнилки про омон. Дразнилки. Представляете?
Здесь и сейчас невероятно, что где-то, когда-то были такие человеческие отношения с милицией. Читаешь, как фэнтези. Немного завидуешь. И радуешься за них. В период распада, революций, смены власти Государству очень тяжело сохранить человеческое лицо (если оно у него вообще когда-нибудь бывает), но вот белградские события, преподнесённые Зилахи так а не иначе, вселяют надежду, что людям доступна способность оставаться людьми, даже если на них шлем и бронежилет.
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.
Петер Зилахи
0
(0)

Совершенно не понимаю, что восхитительного нашли в этой книге, чтобы оголтело переводить на 14 языков. При том, что сама поставила 8 из 10, а могла бы и 10. Если бы текст был хоть чуть-чуть понятнее. Очень личный поток сознания, осложнённый балканским задором, имперскими огрызками и событиями, мутно освещёнными в новостях в те времена, когда меня еще интересовали мультики и хоббиты. Продиралась сквозь слова, как через бурелом, вся в колючках.
Название, кстати, самое простое, что есть в книге. В русском варианте это звучало бы как Последний Аистяблоко, или что-то в этом роде, слово на первую букву алфавита и слово на последнюю букву.
Первое время я вообще не понимала, что читаю - такой винегрет, чёрт ногу сломит. Венгерский журналист-писатель приехал в Белград, чтобы поучаствовать в революции, почувствовать изнутри, как ломаются строй, быт, история и люди. При этом он постоянно плавится в коллективном австро-венгерском бессознательном, клочки имперского мышления и жажда нового здорового будущего смешиваются с Азбукой (где все мы слово Родина впервые прочитали по слогам) и пёстрым разнообразием протестующих. Крайне сложно понять, что хотел сказать автор среди этого мельтешения. Это такой очерк, срез, зарисовка настроения; с болезненными трещинами, кракелюрами памяти, подвесными мостиками ассоциаций, параграфов из учебников и адской реальности.
Почему же в итоге я оценила книгу намного выше среднего? Да очень просто. Сравнение и зависть. И через них бОльшее понимание того, о чём рассказывает автор.
Я не очень интересовалась событиями, разбившими Югославию на кусочки. То немногое, что знаю, почерпнула больше из художественных фильмов. И в основном истории касались Косово, и были они страшными. Честно говоря, о революции в Белграде я вообще не слышала (забавная ирония, родилась и выросла на улице Белградской). И даже понимаю почему. Она такая бархатная... До слёз. Хотя вроде бы и столкновения были и били кого-то, и кровь брызгала в кофе.
Но девушки заигрывали с омоновцами, дёргали их за жилеты, носили им булочки, танцевали с ними. Мужчины были строже, суровее, сочиняли дразнилки про омон. Дразнилки. Представляете?
Здесь и сейчас невероятно, что где-то, когда-то были такие человеческие отношения с милицией. Читаешь, как фэнтези. Немного завидуешь. И радуешься за них. В период распада, революций, смены власти Государству очень тяжело сохранить человеческое лицо (если оно у него вообще когда-нибудь бывает), но вот белградские события, преподнесённые Зилахи так а не иначе, вселяют надежду, что людям доступна способность оставаться людьми, даже если на них шлем и бронежилет.
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.
Комментарии 0
Ваш комментарий
, чтобы оставить комментарий.