Рецензия на книгу

• 

  Evangella

  9 октября 2019

  Юкио Мисима бесспорно талантливый писатель. Этот роман является некой его беллетризованной автобиографией. Удивительно, с каким пылом он делится с читателями мыслями и чувствами. Какой-то душевный стриптиз, беспощадный и ошеломляющий.
  Чаще всего во время чтения я впадала в ступор, поднимала выпавшую челюсть, вправляла глаза, вылезшие из орбит и шептала не вполне литературное слово — Жесть!!!
  

  Мисима начинает делиться сокровенным практически с младенчества. Близких он уверял, что помнит момент своего рождения, первое омовение в деревянном тазике, солнечные блики, хотя он родился уже к ночи. Помнит и никаких гвоздей! Он творец, он так видит. Взрослые посмеивались и списывали это на детские фантазии, но он действительно верил в свою память.
  Мисима родился под несчастливой звездой, с раннего детства его преследовали болезни. Каждую неделю - не понос, так золотуха. Знаменитая восточная медицина повергла меня в шок. Ведь описывается время с 1925 года, а тогда уже многое прояснилось, но в Японии лечили по-старинке. От диагнозов тех докторов волосы становились дыбом, как бедняжка Мисима выжил, не представляю. Одно только лечение анемии мышьяком чего стоило. Тут бы и здоровый кони двинул, а ему хоть бы хны, бодрит, говорит, отменная доза мышьяка по расписанию. Как гласит старая врачебная мудрость — если больной хочет жить — медицина бессильна)
  Во многих моментах переигрывает, не зря долго жил у бабули, так сильно любившей театр. Понабрался всякого.
  Самое удивительное, с его слов, жить ему не хотелось. Вся жизнь Мисимы пронизана мыслями о смерти. Как о собственной, так и о чужой. В его душе было странное сочетание эмоциональной чувствительности и эгоистичного садизма. По себе любимому постоянные страдания, рефлексии, мечты о смерти. Но только мечты, стоило Юкио заболеть, лечился, как не в себя. Больше описаны истерические симптомы, сам себя накрутит мыслишками, температура под сорок, ах, у меня тонзиллит (ангина то бишь), валяется и стонет, на следующий день без антибиотиков и лечения, как огурчик. Каково? Призвали на войну — на всё пошел, чтобы отлынить, при этом фантазируя о смерти в бою, снарядах и падающих бомбах. При бомбёжках, кстати, бежал в убежище в первых рядах, роняя тапочки. Эти творческие такие противоречивые…)
  Юношеский максимализм во всей красе. С одной стороны тоска — я не такой, как все, с другой — это состояние холится, лелеется.
  Очередная беда автора в том, что угораздило его родиться с гомосексуальной ориентацией в консервативное время. Посоветоваться не с кем, интернета нет, литература по теме встречается редко. Варился в себе, страдал, слегка поехал кукушкой. От фантазий Мисимы становилось страшно. В наш век толерантности большинству наплевать кто с кем, кто о чем мечтает. Но Мисима даже по нашим меркам странный и пугающий. Психотерапевт по нему плакал горючими слезами.
  На что, по-вашему, возбуждаются подростки (да и взрослые тоже)? Логичный ответ — на симпатичных им представителей противоположного или своего пола, в зависимости от ориентации. И на здоровье, как говорится. Мисиму тянуло к эфебам, т.е. к юным мальчикам. Все еще не видите странного? Разовью тему. Этих симпатичных мальчиков в фантазиях Юкио убивали. Или он сам острым ножичком выпускал свеженькие кишочки предмету вожделения. Или любовался на то, как красавчиков расчленяли, поедали, расстреливали, истязали, пытали. Кровь, кишки, кровищща. И посреди этого наш Мисима мастурбирует и кайфует. Никаких мечтаний о поцелуях, сексе. Только жесть, только смерть, только расчлененка.
  Любуется мускулистым телом, а в мыслях — как красиво кровь бы текла по складочкам, ах, сердце бы тебе колом проткнуть, стрелой в печень засадить. Сексуальная сублимация запретного? Вполне возможно. Может привирал? Не исключено. На публику работал? Запросто. Но все равно специфика налицо.
  Теперь я уже не удивляюсь, что он в 45 лет себе харакири сделал. Вы бы больше 4 десятков пожили в таком кошмаре, осознавая свою странность, неизвестно чем бы все закончилось.
  Жалко его, конечно, было. Исповедь маски своего рода его личная психотерапия. Хоть так поделиться, выплеснуть наболевшее. Сам с собой наедине в собственном Аду.
  Для меня теперь главный вопрос — а нет ли во времена жизни Мисимы нераскрытых преступлений в Японии с такими вот особенностями. Это же не просто исповедь маски, а исповедь какого-то серийного убийцы. Классика жанра. Если устоял и потому покончил с собой — честь ему и слава. А вдруг поддался порочным фантазиям?
  Еще поражает практически полное отсутствие эмпатии. Он переживает только о себе, совершенно равнодушен к окружающим. Во время бомбардировок ему не страшно за семью, за друзей. Он сам удивился, когда смерть сестры вызвала у него слезы. Но по какой конкретно причине плакал не сказал, может ему себя опять жалко было.
  Тип страннейший, но безумно талантливый. Буду с опаской продолжать знакомство с его творчеством. С медицинской точки зрения — любопытно.
  А вообще, страшно. В чужие мысли заглянуть нельзя, а рядом кто-то бродит, мечтая о пытках и расчленёнке. Как страшно жить)

  24 понравилось

  0

  1,2K