Рецензия на книгу

• 

  EkaterinaRytsareva11 сентября 2019 г.

  Как же достаётся бедной Хане от иных читателей... А вся-то её вина - в неизжитом ожидании чуда и действия, благородных и деятельных героев приключенческих романов, прочитанных в отрочестве. Что же делать бедной девочке, которая и в университете изучала не жизнь, а литературу? И замуж вышла слишком рано, чтобы вырасти из этих сказок: сколько ей было, девятнадцать, двадцать? И росла, судя по кратким воспоминаниям, под влиянием отца и мальчишеских книг, а не матери, которая могла бы больше рассказать о жизни и месте женщины в этом мире, дав дочери либо смирения, либо сил для протеста и поиска СВОЕГО места. Вот же, читая у Бродского: "существование, игнорирующее нормы, провозглашенные в литературе, второсортно и не стоит трудов", - многие готовы признать это абсолютной истиной, а о персонаже, воплотившем противоречие, доброго слова не скажут.
  Что до меня, то больше всего меня удивляет то, что Оза я нашла только в прошлом году. "Михаэль" - третий прочитанный роман, и в каждом из трёх я нахожу что-то своё: невероятная возможность обрести стол и кров за слова о словах, за бесконечные разговоры о важном, которое не так уж важно для всех "живущих", в "Иуде"; раздражающая неспособность довести до конца или хотя бы до начала какие-нибудь из своих "планов" в "Фиме"; невыносимая невозможность литературного идеала в реальности - в "Михаэле". И странная "городская" параллель: мне казался родным и знакомым Париж прекрасного нормандца и кажется сейчас таким Иерусалим Оза. Но если мопассановский Париж слишком жив и реален для меня, то озовский Иерусалим близок своей тоской, граничащей с отчаянием настолько, что та самая "древнерусская тоска", в ней просто утонет, растворится без следа. В конце концов, ожидание мессии, который должен явиться и вывести народ избранный к свету и благоденствию, не так далеко от вечного ожидания "доброго царя". Взял бы кто-нибудь уже всё в свои руки, принял на СЕБЯ ответственность, ага. Иерусалим в этих книгах Оза живёт, живёт сам по себе, без людей, люди в нём слишком малы. Вот тебе, лодочник, пункт назначения, забери уже медяки с моих век.

  5

  1,1K