Рецензия на книгу
Мемуары
Теннесси Уильямс
LikaTimoha13 июля 2019 г.Не носите сердце на рукаве, и его не склюют галки.
ТОМАС ЛАНИР «ТЕННЕССИ» УИЛЬЯМС III — американский драматург и прозаик, получил две Пулитцеровские премии – за «Трамвай „Желание“» и «Кошку на раскалённой крыше» и премию «Тони». Уильямс дважды выдвигался на соискание премии Оскар как лучший сценарист – в 1952 г. за фильм «Трамвай «Желание» и в 1957 г. за снятый Элией Казаном фильм «Куколка», в основу которого легли его две одноактные пьесы «Двадцать семь тележек с хлопком» и «Несъедобный ужин».
Виталий Вульф (литературовед и критик) так отзывался о писателе: «Драматург ничего не сочинял. Он описывал то, что было им пережито. Все свои мысли, чувства, ощущения Уильямс выражал через женские образы… Когда-то он сказал о героине «Трамвая «Желание»: «Бланш – это я». Почему его так любят играть актрисы? Потому что ни у одного автора в ХХ веке нет таких блистательных женских ролей. Героини Уильямса – женщины странные, ни на кого не похожие. Они хотят дарить счастье, а дарить некому».
Теннесси Уильямс - драматург, который подарил миру множество поистине гениальных пьес и рассказов. Человек, который прожил долгую и сложную жизнь, но никогда не сдавался. И эта книга – его откровенное самовыражение, в чем-то схожее со свободными ассоциациями, где прошлое и настоящее сливаются в единый поток, что бы однажды соприкоснуться в 1975 году.
«По ходу книги мне придется много говорить о любви, больше о плотской, но и о духовной тоже. Для человека, так часто бывавшего на краю пропасти, я прожил удивительно счастливую жизнь, в которой было много удовольствия — и чистого, и нечистого.»
Эти Мемуары не о творчестве Уильямся, потому что оно говорит само за себя. Они о нем и важных для него людях. И я не уверена в том что нужно писать об этой книге, слишком уж она неоднозначная.
Ранние годы Уильямс описывает скупо и всячески избегает говорить о семье. А начиная с 1929 года (обучение в университете) все его рассказы сводятся к мужчинам. Вначале юноши, которые его привлекали, после мужчины с которыми он спал, которых желал и получал. Это была нескончаемая череда лиц и мест, стенография событий. Период плотской несдержанности? Возможно.
Начиная с сороковых годов акцент смещается на постановки его пьес. Он рассказывает о работе с актерами и режиссерами, о реакциях публики и том как воспринимал критику. И эта часть уже более личная, она не только о том, что происходило, но и о том что он чувствовал и переживал:«Когда меня интервьюируют, я инстинктивно начинаю выпендриваться и вести себя возмутительно, лишь бы «материал» был интересным. Зачем? Наверное, мне надо лишний раз убедить мир, что я все еще существую, и сделать этот факт предметом интереса и развлечения для публики.»
Это было время его триумфа и самых значимых пьес, время с Френком Мерло и затишье перед бурей. В 1963 году Фрэнки умер от рака легких и вместе с ним умерла частичка самого Уильямса.
«Я был на пороге самого страшного периода в моей жизни. Начинался он постепенно.
Пока Фрэнк не заболел, я был счастлив. Он обладал даром творить жизнь, а когда он ушел, я не мог примирить себя со своей жизнью. У меня началась семилетняя депрессия.»И эта часть далась мне с огромным трудом, Уильямс смог передать весь ужас того времени, давящее чувство безысходности и тьмы, что окутывает с головой. Безысходность и безумие были столь явственны, что мне приходилось напоминать себе, что я об этом лишь читаю, что это не я, не со мной. Это было страшно. И в тоже время это были самые откровенные и личные слова в этой книге, потому что до этого я читала и находила лишь отголоски самого автора, спрятанные за чередой замечательных и значимых людей. И вот он сам.
Да, пьесы Теннесси Уильямса не просто говорят сами за себя, они и есть он, самое правдивое из воплощений. Эта же «вещица», как он сам её называл, лишь хроника прошлого и настоящего, так сказать «сценическая площадка для dramatis personae».
«Может быть, я — простая машинка, печатная машинка. Заведенная печатная машинка, заведенный писатель. Но это — моя жизнь, а то, что в этих «Мемуарах» — только отдаленная периферия того, что является моей настоящей жизнью, потому что моя настоящая жизнь — это работа.»
Закончив читать, я не хочу заниматься анализом или разбирать книгу по косточкам, она в этом не нуждается, как и в оценке, которую невозможно поставить жизни другого человека.
«Я живу, как цыган, я — кочевник. Ни одно место надолго не кажется мне надежным — даже моя собственная шкура.»Что ж, я надеюсь вы наконец-то нашли своё пристанище на маленькой ферме с привлекательным молодым шофером-садовником и выращиваете там гусей и коз. Покойтесь с миром, Теннесси Уильямс, вы это заслужили как никто.
25534
